Сивирь, хмыкнув, промолчал, и сделал вид, что очень заинтересован козами. Было невозможно представить, что Морошка не проникнется сочувствием к путнику, вынужденному блуждать в такую бурю, да еще и у которого буквально из пасти вырвали ужин. Сам он относился к идее приютить Травника холодно. Не бросился возражать и переубеждать, но и выражать согласие не спешил. Может быть, все произошедшее с ним научило его сдерживаться и вести себя миролюбиво, не разбрасываясь угрозами и смертями как прежде, может быть ценность чужой жизни и в самом деле стала для него выше - во всяком случае, он мог помочь, если кто-то просил помощи.

Однако, серый Сумеречник у него ничего не просил, да к тому же, обошелся с ним не слишком вежливо, донимая вопросами и требованиями там, где не имел на это право. И если уж ему хочется из-за своей подозрительности, упрямства, или леший знает чего еще околеть в ближайшем сугробе, то кто бы стал ему мешать, да только не Сивирь. Тем более, если здесь какими-то судьбами оказалась верховная Сумеречной стаи, то это ее дело - позаботиться о состайнике. А она тоже не спешила мчаться к нему на помощь, сломя голову, выказывая довольно разумные опасения.

Сивирь погладил Косточку по плечу, прислушиваясь к разговору волчиц.

- Есть животные, с которыми и под зельем не договоришься, - негромко заметил он, не пряча язвительного тона. Морошка коснулась его подбородка, ободряя и успокаивая, и Сивирь ответил ей невесомым прикосновением носа ко лбу. Все было в порядке, он уже не был тем параноиком, который месяц тому назад пришел в Яробожью стаю, озлобленный и готовый броситься при малейшем намеке на подвох. Болота, в которые пришлось вернуться, все-таки изменили его, и теперь нежелание общаться с посторонними волками объяснялось скорее не тревогой, а замкнутостью самого волка. Впрочем, он бы и сам предложил ночлег одинокому путнику... Начнись их знакомство иначе.

- Что ж, зови, - бросил он Мёрьк, и тут же вернул свое внимание к козе, которая негромко заблеяла - может, потревоженная особенно сильным порывом ветра.

Других волков Сивирь не слишком боялся - им с Морошкой пришлось побывать во множестве переделок, а теперь с ними была и верховная. Сложно представить размер отряда, который мог бы нести угрозу. Нечисти - тоже. В пустынных предгорьях, как он успел убедиться, редко водились упыри или мары, да и в такую вьюгу даже им, возможно, приятнее было сидеть по своим гнездам.

Верховная вышла за порог, и снаружи раздался ее вой. Ветер подхватил и унес его от логова - оставалось, только надеяться, что в сторону того, кому он предназначался. Внимание Сивиря же привлек другой звук. Он посмотрел на Морошку, приподняв брови:

- Дай угадаю, ты всех покормила, а о себе забыла? - Сивирь глядел на волчицу укоризненно, - будем исправлять.

С этими словами, он подошел к углу, где лежала сумка и бесцеремонно перетряхнул ее, вытащив последнюю порцию мяса. Сивирь не сомневался, что Морошка приберегла ее для их гостя.

- Сама знаешь, готовлю я так себе, - приговаривал он, пристраивая мясо над огнем, - поэтому, если оно подгорит или не дожарится, я не виноват, у тебя был шанс сделать вкусно! И не вздумай отказываться - если это мясо окажется у того кудлатого бродяги, мне придется лишить его ужина во второй раз, а тебе - есть под его осуждающим взглядом...

Перевернув над огнем кусок, и прислушиваясь к разговору снаружи, он продолжал вполголоса:

- Как известно, чего не имеем, о том не воем, потому лучше, если ты поешь, пока он не переступил порог. Вон, видишь, топчется. Тем более им тут до своих земель - лапой подать, а нам завтра еще через Кровь-реку тащиться с козами.

Сивирь протянул ужин Морошке и приглашающе повел мордой в угол между двумя камнями, где было теплее всего и не задувало. Травнику же крикнул через порог:

- Здоровались! - в голосе его слышалась легкая насмешка.

Подпись автора

иди ты с миром в мире к миру - будь скорей,
стремительнее сверхзвуковых кораблей
быстрее шаттлов и ракетных батарей
отважнее всех ковбоев, рыцарей
и их коней

зубастая и болотная авы от Морошки :З
ава от Черномора :З

Я тихо фыркнула, повернув голову и глядя на Серохвоста, что вышел из метели, весь облепленный снегом. Ну кто ж еще это мог быть...

- Сочту, - Мрачно буркнула я. - Как минимум из-за того же вопроса - какого рожна ты тут делаешь.

Однако, я не стала вкладывать в предложение соответствующую интонацию. Я лишь отошла в сторону, давая ему пройти ближе к огню. Реакция супружеской пары даже позабавила - они был не похожи друг на друга. В принципе, не удивительно, с учетом их... происхождения. Но я сейчас смотрела больше на "здесь и сейчас".

Так что на оклик Сивиря я даже чуть приподняла уголки губ, едва заметно усмехнувшись в ответ.

"Нда, ситуация немного абсурдная."

Особенно с накрадывающейся тишиной после приветствий. Ну, кроме наших отсутствующих друг другу с Серохвостом.

- Предвкушая неловкое или едкое молчание - повторюсь с представлением первой, - Не сдержав тихого смешка, произнесла я, ложась к огню поближе. - Мерьк, она же Тьма, Верховный Волхв Сумеречной стаи.

За Синего Волхва я говорить не стала, лишь искоса глянув на него. Пусть думает и шевелит мыслями в голове сам. Соврать сейчас - снова? Чем обернётся в будущем?  Признаться честно - повлияет ли на вылазки? Я не собиралась ему упрощать задачу, забирая ответственность на себя. Не для того Волхвом его сделала.

Хватит и того, что я открыто дала знать, кто я. Хотя Морошка и так знала, значит и Сивирь бы был в курсе. Так что это было больше похоже на подачу примера хорошего тона для своего же. А на деле - раскрытие нор для многочисленных плетений Травника, в который он скоро мог запутаться и потонуть сам.

Продолжая поддерживать огонек, я глянула на целительницу и её мужа. Чуяла я, что вопросы после этого: "Давайте знакомиться" - как у волчат только начнутся.

Отредактировано Мёрьк (09.02.2026 19:21:19)

Подпись автора

You ain't gotta hurt no more - Didn't you hear? The war's over
Just don't look behind that door - You don't wanna get that much closer
Everything is fine up here, it's alright up here - You can even fly up here - You ain't gotta hurt no more
Didn't you hear? The war's over Welcome to paradise - Where me and you can always hide
Welcome to paradise - Here in my room, the sun always shines
..In paradise..
Everything will be okay

Сивирь хмыкнул, и поцеловав Морошку в подставленную щеку, успел коснуться и ее затылка, за секунду до того, как получил по носу рыжим хвостом. Склонив голову набок и любуясь тем, как волчица ужинает, он подметил несколько явно подгоревших мест на мясе, и негромко вздохнул. Готовка не была его сильной стороной, как и разведение огня. И не смотря на то, что при случае Сивирь любил поесть (а достоинства Яробожьих пиров вполне могли сгладить все остальные их недостатки), он редко заморачивался вкусом блюд, когда был один.

- Буду совершенствовать свой серьезный вид, раз он так на тебя действует, - сказал Сивирь и незамедлительно скорчил гримасу, нахмурив брови так сильно, будто хотел уложить их на переносице, и высунув от усердия язык. После чего, поиграв бровками, подхватил указанную плошку плотным воздушным кольцом:

- Будет исполнено, госпожа Бабочка, - шепнул он, прежде чем выйти.

Возле входа Сивирь встретился взглядом с Сумеречником. Даже, приглашенный Морошкой, он не спешил заходить. Вопрос Сивирь встретил легкой усмешкой:

- Разумеется, - ответил он, проходя мимо. Не смотря на обилие полузнакомых гостей, бурю и раненную козу, настроение волка заметно улучшилось. Возможно, причиной тому был игривый тон Морошки. Его тело и сейчас хранило тепло, которым она согрела их убежище, и даже вьюга не казалась такой кусачей, - у тебя на морде метка - до смерти любопытный. Входи, но держись подальше от коз, иначе тебе тоже понадобится повязка.

Пройдя мимо, Сивирь зачерпнул миской снег - там, где он был не затоптан волчьими лапами, утрамбовал, и зачерпнул еще. Так пришлось повторить несколько раз - горы научили, что из снега получается очень мало воды. Лучше было бы отыскать лед, но волк не был готов в такой ветер отправляться на поиски чего-либо или кого-либо еще.

Вернулся он как раз к моменту представления. Теперь в укрытии стало по-настоящему тесно: пять коз и три здоровенных волка занимали почти все свободное место. Просочившись между гостями, чтобы никого не задеть, он подвесил плошку над огнем, сел рядом с Морошкой, примерно обернув хвостом лапы и в свою очередь представился.

- Сивирь, - негромко усмехнулся и продолжил, - стая Яробога, ведун.

Хотя так и хотелось не раскрывать настоящего имени - в конце концов, теперь-то Травник-Серохвост видел, что его стадо вполне дает право называться Пастухом.

- А это Морошка, - он повел мордой в сторону волчицы, - моя жена, ведунья и тоже из Яробожьей стаи.

Надо же, а не в меру любопытный самец оказался целым волхвом. Не слишком ли много важных персон на одни лысые Предгорья?

- Интересно, что двое высокопоставленных волков своей стаи делают на землях одиночек в такую погоду? - невинно поинтересовался Сивирь.

Подпись автора

иди ты с миром в мире к миру - будь скорей,
стремительнее сверхзвуковых кораблей
быстрее шаттлов и ракетных батарей
отважнее всех ковбоев, рыцарей
и их коней

зубастая и болотная авы от Морошки :З
ава от Черномора :З

Короткая пеглядка серых вызвала некоторого рода смешок. Всё же Чернолесье, порой, казалось невероятно тесным миром, где можно было наткнуться на кого угодно и где угодно - а в итоге перебуркиваться, словно жили бок о бок всегда. Во всяком случае, достаточно долго, чтобы не тихо расползтись по уголкам и просто безмолвно зыркать друг на друга.

- Ну и молодец, что сказал, - Нагло улыбнулась я, стрельнув глазами в бедного Синего Ведуна и - конечно же - о своих занятиях тут ничего не сказала. Может, не хотела перед семейной парой распространяться. А может вредничала, как обычно.

Не сильно вдаваясь в подробности взаимоотношений Сивиря и Морошки - достаточно было, что они явно друг друга устраивали, - я на миг любопытно приподняла уши. Стайные? А вот это...

- Тот же вопрос можно было бы задать, что добросовестная семейная пара Яробожьих делает так далеко от дома, да в такую погоду, - Усмехнулась я, чуть показав и без того видные клики и зубы, прямо глянув на Сивиря. Это было бы интересно... с учетом, кем он был. Раз уж нормы морали стирались напрочь - кем должно было бы считать такого, как он?

Кем бы ни должно, он явно отличался в воспитании. Не хорошо и не плохо, но любопытно.

- Да еще и с такой паствой... - Мельком зыркнула я на рогатых. - Что же, Сивирь. Тайну за тайну?

Догадывалась я, как с ним в Яробожьей общались - не в плане воинов и ведунов рядовых, а в плане верхушки (просто из посиделок с Мораной, чего уж). Но тут он вряд ли бы это сейчас нашел. В моих глазах скорее здоровая (или нездоровая) искрилась хитрость и поддразнивание, чем чинность и превосходство. Попадись он мне в иное время, да зная я, что за повязкой - не было бы такого. А так... везло чертиле.

В конце концов, я же не сказала, какими тайнами будем обмениваться. И кто может поиграть в эту игру при желании. Однако время коротать в тишине было бы скучно. Чего ради и не... Тем более, что никаких тайн, в сущности и не было. Лишь ощущение оных. И вот от этого меня так подмывало сделать из этого небольшую игру, если у остальных хватит духа.

- Но если кто из присуствующих не хочет...

Отредактировано Мёрьк (12.02.2026 20:58:17)

Подпись автора

You ain't gotta hurt no more - Didn't you hear? The war's over
Just don't look behind that door - You don't wanna get that much closer
Everything is fine up here, it's alright up here - You can even fly up here - You ain't gotta hurt no more
Didn't you hear? The war's over Welcome to paradise - Where me and you can always hide
Welcome to paradise - Here in my room, the sun always shines
..In paradise..
Everything will be okay

Сивирь ухмыльнулся словам Серохвоста, но не стал уточнять, что на самом деле больше переживает за их неожиданного гостя, чем за себя или коз. В конце концов, если волк и вправду захочет напасть на стадо, пять пар козьих рогов смогут доходчиво объяснить ему опрометчивость такого поведения.

Костер тоже приятно пригревал бок, который уже почти обсох, и вскоре волк собирался переместиться на другую сторону, чтобы согреться полностью. Вода в плошке начала побулькивать и к пару, поднимавшемуся от волчьей шерсти, прибавился еще и пар закипающей воды.

- Не секрет, - пожал Сивирь плечами, переводя взгляд на Мёрьк, - мы забирали из нашего бывшего дома кое-какие вещи.

Слова "бывший дом" отдались на языке неприятной горечью, и Сивирь кивнул на оставленные возле стены сумки, чтобы отвлечься и избавиться от нее. Наверное, он смог бы привыкнуть к стайной жизни, и даже к стайной жизни Яробожьих, но на это потребовалось бы время. В общем-то, их логово в Заячьих холмах позволяло Сивирю бродить в одиночестве так же, как он делал это в горах, только погода была поприятнее и дичи побольше. Разумный компромисс.

- Что касается коз, у нас с ними давний договор, - он повел мордой в сторону стада, которое, в присутствии двух незнакомых волков, чувствовало себя явно напуганным. Козы сбились в кучу, затолкнув подальше потрепанную Косточку, и Дереза то и дело наклоняла увенчанную рогами голову и недружелюбно рыла копытом в сторону Серохвоста и Мёрьк, кося на Сивиря и Морошку взглядом. Деваться, козам, впрочем было некуда - им достался угол между каменной стеной и валуном, на выходе из которого сидели волки. Но, конечно, они бы не сдались без боя, - мы защищаем их, а они с нами делятся молоком. Не сейчас, конечно.

Он поочередно поглядел на Мёрьк и Серохвоста:

- Теперь ваша очередь?

Подпись автора

иди ты с миром в мире к миру - будь скорей,
стремительнее сверхзвуковых кораблей
быстрее шаттлов и ракетных батарей
отважнее всех ковбоев, рыцарей
и их коней

зубастая и болотная авы от Морошки :З
ава от Черномора :З

Я закатила глаза. Серохвост хоть и бурчал наиграно, это не помешало мне отреагировать.

- Не жадничай: кладень знаний как просвещение нужно нести в массы - а то наполнят... - Я скосила глаза вдруг на Сивиря, хитро улыбнувшись, беззлобно, но словно с намеком. - Мало ли чем.

Хотя после последних событий - мы уж вряд ли были теми, кто мог принести "нечто достойное" в жизнь мирных волков. Впрочем, это уже, как говорится, "не наши проблемы" - если творцам плевать на свои детища, то с чего бы им заморачиваться нормами морали больше обычного. Пока не вредит явно - пусть будет.

Тем более, что "не вредит" вполне себе ответил. Два ответа взамен двух. Я едва заметно кивнула, принимая их, а сама глянула на трудящуюся Морошку. Она, очевидно, в этих игрищах предпочла не участвовать. И я почти успела ей позавидовать, прежде чем выдохнула.

- Даже если вы еще не знаете - в стае всё равно узнаете, - Хмыкнула я, переведя взгляд на пламя. - Я проверяла местность вокруг предполагаемого Портала, откуда вылез гостящий у нас в стае кот и уверяющий, что скоро ему будет пора назад в свой мир. Хотела убедиться, что там не завелось случайных жаждущих горного воздуха одиночек или еще кого, не хотелось бы с этим разбираться по пути.

Я не вдавалась в детали - оно могло быть просто не интересно, а то и вовсе осмеяно (слышали таких уже не раз), - и подняла взгляд на Сивиря, раз уж его супруга пока была занята. А мешать волчице, лезть под лапу - это свою жизнь не ценить, не стоило так делать. Она уже, кажется, целиком углубилась в своё занятие.

- Не хотите случайно стать добровольными участниками делегации от Яробожьих? - Спросила я с явным оттенком иронии, кладя переднюю лапу на другую. Серый, вообще, казался очень даже авантюрным волком - еще бы, с таким прошлым... А вот за Морошку я бы сильно засомневалась. Так что в целом ответ был скорее "нет", чем "да". От того и ирония в голосе.

"Но опытный от Яробожьих не помешал бы, конечно." Мысленно вздохнула я, прикрывая эти мысли как хвостом прикрыла бок.

Подпись автора

You ain't gotta hurt no more - Didn't you hear? The war's over
Just don't look behind that door - You don't wanna get that much closer
Everything is fine up here, it's alright up here - You can even fly up here - You ain't gotta hurt no more
Didn't you hear? The war's over Welcome to paradise - Where me and you can always hide
Welcome to paradise - Here in my room, the sun always shines
..In paradise..
Everything will be okay

От отвара, который готовила Морошка, потянуло приятным запахом трав, и Сивирь, расслабленно щурясь, с легкой улыбкой слушал шутливую перебранку между Мёрьк и Серохвостом. Не то, чтобы он на самом деле интересовался какими-то секретами или новостями, но беседа его забавляла. Хотя и не мог не заметить, что всех волков уже клонит в сон, и этому делу тоже собирался посвятить некоторое количество времени.

Намек от волхва Сивирь пропустил мимо ушей. Очевидно, Мёрьк, в отличие от Серохвоста точно была в курсе, кто он такой, и какое клеймо скрывается за его повязкой. Но пока ему больше нравилось делать вид, что никто ничего не знает, и сам он может быть как кровожадным убийцей, так и обычным воришкой. По большей части, потому что ему нравилось нервировать Серохвоста, которого этот вопрос вряд ли отпустил с момента их встречи.

Однако, следовало признать, Мёрьк удалось его удивить. Сказанное ей прозвучало так невероятно, что в первый момент Сивирь решил, будто Верховная Волхв шутит, и уже собирался недовольно отозваться о том, что она нарушает правила игры. В стае  он ни о чем таком не слышал - возможно, потому что не стремился ни с кем общаться и все важные вести проходили мимо него...

- Коты? Портал? - он недоверчиво улыбнулся, - признаться, ты удивила меня, Верховная.

Сивирь несколько раз взмахнул хвостом. Он не мог не признать, что такие новости взбодрили и заинтриговали его, но все-таки, они слишком походили на шутку.

- Боюсь, у нас много дел в нашем мире, - уклончиво ответил он, не упоминая, впрочем, того, что в таком отряде, существуй он на самом деле, их имена вряд ли были первыми в списке, - но я бы хотел узнать подробности. Как же он попал к нам? И что значит кот? Кто-то, вроде рыси или тигра? И он... ну, разумный?

Рассказ Серохвоста был куда ближе к прозаичной реальности. Сивирь качнул головой - нет, он ничего не слышал ни о какой другой стае, кроме Сумеречной и Яробожьей. Еще существовал Багровый Альянс и клан уцелевших черноустов, о которых ходили разные слухи. Но он сомневался, что в Чернолесье могла появиться еще одна стая. Может, большая семья одиночек, или отряд, объединенный общей целью.

  Пока Серохвост описывал творимые Морозными Клыками зверства, Сивирь не сводил с него глаз, и с понимающей, мрачной улыбкой, встретил его взгляд, когда серый волк заговорил о принесенных в жертву волчатах. Ему почудилось, что Серохвосту хотелось прибавить что-то, относящееся к нему лично, и Сивиря вполне устраивало то, что у волхва не было для этого прямых причин.

При упоминании о лезущей в голову твари Сивирь невольно дернул шкурой - ему такое тоже было знакомо. Они даже могли знать одну и ту же тварь - ту самую, с которой несколько месяцев назад познакомилось все Чернолесье, но уточнять не стал, а вместо этого, вытянув лапы и зевнув, поинтересовался:

- Значит, ты решил что мы из этих Морозных Клыков, и без своего отряда отправился за мной, чтобы выяснить так ли это? - он говорил с легкой ноткой ироничного сочувствия, в которой искреннюю заботу расслышать было невозможно, потому что ее там и не было - Сивирь еще помнил, как началась их встреча, и сейчас был не против щелкнуть по носу волка, что так самоуверенно приказывал ему снимать повязку и говорил о вреде, который мог бы причинить, - опрометчиво, очень опрометчиво... Если только ты не хотел быть съеденным. А такое случается...

Он широко улыбнулся, блеснув зубами в свете костра:

- С болот приходит множество баек. Есть среди них и рассказы о Коршунах, которых черноусты настолько восхищают, что они пытаются пить кровь так же, как и их хозяева... Но в отличие от черноустов они не питают отвращения к плоти... И иногда увлекаются, если вы понимаете о чем я...

Сивирь умолк и многозначительно посмотрел на Серохвоста, после чего продолжил:

- Но что еще удивительнее, с болот же приходят байки и о том, что некоторые волки хотят, чтобы их кровь пили... Они тоже восхищаются черноустами и готовы буквально отдать себя, чтобы услужить им... До последней капли, и не сомневаюсь - до последнего куска плоти, если бы черноусты могли вкушать ее... - он еще немного помолчал, наблюдая за произведенным эффектом, и закончил уже обыденным голосом, - может у них там все по обоюдному согласию? Кружок по интересам? Но в любом случае, я уверен, что у этих горных приверед болотные корни. Восстание подняло со дна много мути.

Подпись автора

иди ты с миром в мире к миру - будь скорей,
стремительнее сверхзвуковых кораблей
быстрее шаттлов и ракетных батарей
отважнее всех ковбоев, рыцарей
и их коней

зубастая и болотная авы от Морошки :З
ава от Черномора :З

Хвост прекрасно понимал, что история Верховной про котов была весьма интересна и вызывала немало вопросов. Если бы чароплет не являлся непосредственным участником всех этих событий и не был знаком с Асалем, то и сам кудесник много бы о чем расспросил рассказчика. Так что ворожей не стал мешать Мёрьк, предоставив ей возможность самой решать, о чем именно поведать собеседникам.

Когда же Сивирь обратился к нему, от интонации говорившего у синего ведуна сама собой приподнялась шерсть на затылке. Голубоглазый определенно так и напрашивался на какую-нибудь ответную колкость. Да, в какой-то степени он был прав, однако Серохвост и не собирался соваться в лагерь вероятного противника. Ну, посмотрел бы со стороны, послушал, но не более того.

Вот чуть не состоявшаяся стычка с серошкурым, то да. Несколько самоуверенно, если не сказать глупо. А разведка? Что в этом такого? Ну вернулся бы пастух к своим, пошли бы они всем скопом искать чужака, даже интересно, как долго бы эти волки пытались обнаружить лазутчика в таком-то буране?

— Возможно, и опрррометчиво, — легко согласился чароплет и чуть склонил голову на правый бок. — Может, я прравда сглупил. Слишком пррривык полагаться на стайные отррряды за своей спиной... — кобель покаянно склонил голову и потупил взгляд. Для Тьмы вышесказанное звучало определенно забавно. Кому как не ей знать, что Синий Волхв и в бытность простым чародеем, и сейчас нередко действовал в одиночку. — А, может, я и не так прррост... — протянул зверь, задумчиво смотря на собеседника.

— Скажи, о мудрый владыка козьего стада, — Серохвост хищно сверкнул глазами, ненадолго переведя взгляд на рогатых. Мясца бы пожевать... — Не хочешь прямо здесь и сейчас проверить, насколько ты прррав? Стою я чего-то али нет? Непогода как раз добавит поединку ярких впечатлений, — кудесник аж встрепенулся. Несмотря на то, что он устал, кобель был не против попытаться поставить на место серошкурого выскочку. А то все слова, слова. Болтовни ему и на собраниях Вече хватает за глаза.

— Кстати, для тех, кто живёт среди скал, ты весьма хорошо осведомлен о слухах снизу. Особенно о байках с Болот, — Хвост не назвал вслух слово "подозрительно", но оно так и сквозило что во взгляде чароплета, что в его словах. Но так или иначе в открытую кидаться обвинениями не было смысла. Поддаваться на подобную неприкрытую провокацию тем более. В особенности, если учесть, что в отличие от Сивиря, Серохвост имел представление о том, откуда взялись Клыки.

— Уверенность — штука хорошая. Вот правда эти горные привереды несколько лет назад жили в Холодном бору, а лишь потом перебрались повыше. Это не исключает, конечно, болотные корррни. Но восстание Беса тут уж точно ни при чем, — хищник фыркнул, одновременно выражая сим жестом свое отношение как к теориям Пастуха, так и к его желанию поддеть собеседника. На слова Морошки кобель ничего не ответил, лишь только нейтрально кивнул.

Подпись автора

Не грешно пожертвовать кем-то ради науки, ведь жизнь и так коротка, а знания вечны.

Морошка ощутила, как Сивирь опустился рядом с ней, и этот привычный вес, тепло его тела и размеренное дыхание подействовали лучше любого отвара и успокаивающих слов. Какая бы метель ни бушевала снаружи, какие бы ведуны не пытались их провоцировать, надежное, обволакивающее от кончика ушей до хвоста присутствие Сивиря разжигало в сердце теплое, нежное чувство. Морошка непроизвольно прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной, которая наконец воцарилась после всех этих слов, загадок и почти прозвучавших угроз. Его решение не вступать в драку вызвало у нее тихую, глубокую гордость. Раньше, возможно, он бы счел это слабостью, но теперь… Теперь это казалось признаком высшей силы. Силы не доказывать что-то пустозвоном, а ценить то, что действительно имеет значение.

Морошка ласково лизнула супруга в щеку, коснулась носом уха и тихо, едва шевельнув губами, прошептала:

- Ох уж твой серьезный вид... - и, как ни в чем не бывало, сделала глоток отвара, а после осторожно пододвинула плошку ближе к гостям.

Ее взгляд на миг задержался на Серохвосте, и внутри промелькнуло холодное осуждение. Как же это было двулично: расписывать ужасы Морозного Клыка, захлебываясь праведным возмущением, а потом, стоило Сивирю слегка надавить на завышенное самомнение, как Серохвост, забыв о высшем долге, готов сцепиться в естественно шуточном поединке из-за пустяковой обиды. Морозных Клыков ненавижу, говорит, но топчусь у логова робкой тенью, зато нападу на одиночку, который приютил меня в разгар свирепой бури...

Морошка знала некоторых сумеречников, с частью даже могла бы подружиться, но почему-то в присутствии Синего Волхва ощутила отторжение. Конечно, волчица ничем не выдала своих мыслей, увлеченно разглаживая мех на шее своего супруга, и все же...

О, она прекрасно видела, как ловко Сивирь бил в больные точки, как умело он раскачивал чужую самоуверенность, заставляя волка терять лицо — точно так же, как проделывал это в прошлом с теми, кто был слишком надменен и нетерпелив. Сивирь, тогда еще Викул, играл с этими волками, как с добычей, и Серохвост, даже не осознавая, подставлялся раз за разом. Боги, да сама Морошка раньше спотыкалась о каждую провокацию Сивиря и ее легко можно было взять на слабо. Но то - она, трехлетняя волчица в плену черноуста, а другое дело — Синий Волхв в тонкой игре слов и эмоций.

Морошка прижалась к Сивирю теснее, вновь становясь лишь мягким переливом рыжины и золота в его тени.

— Мой супруг прав. Есть время для битв, есть — для отдыха. Было бы глупо упустить последнее в такую непогоду, — негромко произнесла она, обращаясь скорее к пламени, чем к присутствующим. В её голосе не было осуждения, лишь спокойная констатация факта. — Если к нам нагрянет опасность, будь то Морозные Клыки или что-то другое, лучше нам быть готовыми, а не покалеченными.

Волчица вновь перевела взгляд на гостей, уже не пытаясь скрыть легкую усмешку, спрятанную в уголках глаз.

— Пейте, грейтесь, позвольте покой натруженным лапам, — добавила она. — И ложитесь спать. Я пригляжу за костром, но дам знать, если устану и меня потребуется сменить.

Морошка уложила голову поверх лап Сивиря, усмехнувшись, когда его голова оказалась у нее на макушке, и наконец расслабилась полностью. Тепло огня и близость мужа были лучшей наградой за весь этот долгий день.

Подпись автора

• урурур •

Посмотрев на то, как Сивирь и Морошка смотрят друг на друга полными любви взглядами и обмениваются нежным прикосновениями, чароплет не стал больше настаивать, он просто вытянул передние лапы и бухнулся на живот. А последовавшие слова серошкурого об уюте, приятном тепле и убежище от непогоды, убедили Синего Волхва бросить все свои каверзные мысли и просто отдохнуть.

У бедра кудесника остались нетронутыми два снежка, которые Хвост втихую слепил при помощи волшбы. В случае отказа голубоглазого ведун планировал запустить снаряды в голову новому знакомому, дабы раззадорить для возможного боя. Ну, и при лучшем исходе как бы совершенно случайно сбить повязку. Но умиротворенный тем, что увидел и услышал, Хвост просто лег и положил бошку на передние конечности.

Однако последняя фраза так некстати оброненная тощим кобелем, заставила хищника вскинуть голову и снова вздыбить шерсть. Насмешка прозвучала сродни оскорблению. Особенно неприятно было от того, что зверь немного расслабился, даже прикрыл глаза, а его доверие оказалось предано укусом в хребтину...

Мёрьк отреагировала мгновенно, посчитав, что сказанное звучит как-то уже черезчур. И Серый был абсолютно согласен в этом со старой подругой. Ладно бы этот балабол попросту насмехался над самим Хвостом, но в этой издевке проскальзывал намек на неспособность стаи решить проблему.

— Ты бы тоже.
Чароплет слабо представлял, когда он на этот раз допустил ошибку. В ситуации с козой? То ли потому что рисковал и действовал самонадеянно? А, может из-за того, что вступил в перепалку? Или же проблема в том, что предложил провести бой? Вероятно, что причин даже несколько, либо просто попал под тяжёлую лапу. Кобель ненадолго прижал уши к затылку и склонил голову. Мол, вечно я у тебя всегда виноват.

Затем Серохвост несколько виновато посмотрел на Морошку и качнул головой, не потому, что отказывался от предложения, просто в данный момент было немного не до того. В принципе, ворожею ничего не мешало просто встать и уйти. Несмотря на то, что зверь немного устал, он без проблем доберется до своих. И не такие бураны видывали. Но все же не хотелось, чтобы из-за него Тьма попала обратно на мороз.

— О, нееет, я не настолько хорррош, чтобы в одиночку справиться с этим сбродом, — кобель оскалился в усмешке и посмотрел на Сивиря, после чего вернул колкость обратно: — Но не беспокойся, Сумеречная стая не мирррные беззащитные пастухи. Клыки сдохнут, — безапелляционно заявил волк, затем потянулся и рывком поднялся на лапы. Теперь стали видны доселе припрятанные снежки, нынче никому не нужные. Синий Волхв подошел к Верховной и легонько коснулся носом ее плеча.

— Мёрьк, не стоит. Не злись на него... Сивирь просто дуется на то, что я чуть не сожрал его козу. Его можно понять, — Хвост фыркнул, тем самым намеренно дунув в ближайшее ухо черношкурой.

Подпись автора

Не грешно пожертвовать кем-то ради науки, ведь жизнь и так коротка, а знания вечны.

Когда Сивирь поднялся, высвобождая лапы, Морошка разочаровано выдохнула. Отказ сумеречников на самом деле оставил неприятный осадок, будто она предлагала им яд, будто ее и Сивиря общество в теплом логове, сытости и защищенности хуже бушующей снаружи бури, будто ей плюнули в душу, притом совершенно ни за что. И теперь ее искренность и радушие, пусть даже натянутое принципами и моралью, оказалось настолько незначительным, что вытер лапы и забыл.

Все же в груди неприятно скребло: ведь все могло сложиться иначе, если бы никто не решил играть словами, как лезвиями. Легкий холод, тут же просочившийся в освободившееся пространство рядом с собой, Морошка почти не почувствовала — внутри нее закипала привычная, темная решимость. Ей не нравилось это вынужденное, слишком тяжелое чувство и вероятность причинить кому-то вред, но иногда бывают ситуации, когда без этого может не обойтись. Она неспешно поднялась следом, с той природной грацией, которая даже в моменты высшего напряжения заставляла её выглядеть спокойной и почти безучастной. Но в глубине оранжевых глаз теперь застыл лед, не уступающий тому, что был у Мёрьк.

Она не собиралась оспаривать выбор супруга, потому что иной правой стороны в этом конфликте не видела. Если сумеречникам не в радость их компания, Морошка тоже не собиралась терпеть тех, кто считает их противниками, пока греется в тепле ее чар. Она прекрасно понимала, что они давно бы напали, если бы хотели, или надеялась, что сумеречники ближе к праведным волкам, чтобы не допускать атаку исподтишка, но, как говорят бывалые воины: скрытников на то и зовут так. Никогда не знаешь, чего от них ждать.

Чтобы окончательно прогнать сомнения, она посмотрела на спину Сивиря и встала чуть позади, принимая привычное для целителя место, а заодно — прикрывая коз, которые в углу снова начали неспокойно блеять, почувствовав перемену в воздухе и увидев напряженные позы волков. Не хватало им еще взбесившихся от ужаса зверей. Морошка даже не взглянула на плошку с отваром, которая теперь казалась лишь неуместным признаком несостоявшегося мира.

— Мне жаль, что все закончилось именно так, — произнесла она, глядя прямо в глаза Мерьк, уже без прежней мягкости, но и без угрозы. Было бы совсем не к месту проливать кровь, чьей бы она не была. — Мы надеялись просто переждать ночь, а не мериться клыками, но мой супруг сказал свое слово, и я его поддержу. В этом логове стало слишком тесно для всех нас. Уходите. Надеюсь, вы доберетесь домой благополучно. Пусть Лада хранит ваш путь.

Наверное, это было последней надеждой завершить все миром, несмотря на все сделанное и сказанное. Морошка перевела взгляд Мёрьк на Серохвоста, задержавшись на нем чуть дольше, а затем чуть наклонив голову, приглашая гостей к выходу, туда, где завывал ветер. Знай она об ином убежище, сказала бы, но пути замело слишком далеко от знакомых мест в Острых Скалах. Кроме того спускаться пусть даже сквозь темноту и бурю было куда безопаснее, чем ползти к вершинам.

Подпись автора

• урурур •

Когда Синий Волхв услышал первую фразу Сивиря, он вполне себе догадывался, какой окажется последующая. Забавно, вместо того чтобы попытаться разрядить обстановку, ведун сам хотел предложить подруге уйти, а теперь их прогоняли.

На рык Мёрьк чароплет лишь только дернул ухом, хоть и хотелось огрызнуться. Затем пришла несвоевременная навязчивая мысль, что если бы он, Серохвост, не пошел по следам странного пастуха, то Тьма бы сейчас спокойно провела ночь со своими знакомыми, и не было бы никакого конфликта. А теперь волчице приходилось уходить из тепла в буран. Кудесник вздохнул. Ну, хотя бы в отличие от него, черношкурая попрется не на голодный желудок. А он даже отвару попробовать не успел, сегодня определенно какой-то дурацкий день. Словно Макошь действительно решила на нем отыграться...

Наблюдая за чужими действиями, поначалу Серохвост хотел было вскочить на лапы и, отзеркалив голубоглазого, встать перед Мёрьк, закрывая ее собой. Но потом представил, как это выглядело бы глупо, и оттого не сдержал несколько нервный, но зато вполне искренний смешок.

Дождавшись, когда разноглазая нацепит сумку и отойдет к границе лагеря, только тогда чароплет встал и подошел к своим вещам. Приторачивая поклажу и помогая себе при помощи магии, кобель, естественно, повернулся мордой к недружелюбно настроенным волкам, мало ли что.

— Не злитесь на нее, ей... непросто, — вдруг негромко сказал Синий Волхв, когда заметил, что подруга, не дожидаясь его, ушла в метель.

— Легкой вам дороги. Снова не растеряй своих коз, Пастух, — последнее кудесник бросил, уже подходя к краю оттаявшей земли, затем вдруг остановился и обернулся назад.

— Да чего ты такой суровый и серьезный? — один из снежков, слепленных Хвостом ранее, вдруг взмыл в воздух, завис в таком состоянии на пару секунд, а затем попросту устремился к голове Сивиря. К сожалению, выпущенный снаряд только лишь слегка задел повязку, и зеленоглазому не удалось рассмотреть клеймо. — Остынь, Плутовка ценит юмор.

Подпись автора

Не грешно пожертвовать кем-то ради науки, ведь жизнь и так коротка, а знания вечны.

Хвост фыркнул и усмехнулся, услышав бурчание Сивиря. Правда, самодовольная ухмылка несколько спала и приуменьшилась, когда зеленоглазый увидел размер подарочка, отправленного в обратку... Прилетело, между прочим, весьма ощутимо, однако Синий Волхв нисколько не обиделся, так как сам первый же начал.

— Ты б еще лавину на меня уронил, — произнес кобель после того, как отфыркался, выдворяя снег из ноздрей, а затем еще вытряхнув из одного уха.
— Я б сказал напоследок какую-нибудь чушь наподобие: "А теперь ждите нас ночью!" — шутливую угрозу ведун произнес с подобающей пафосной интонацией. — Но мы уж лучше дома в тепле поспим. Бывайте.

Закончив немного затянувшееся прощание, чароплет побрел следом за Верховной. По проторенной и еще не занесенной колее догнать черношкурую волчицу не составило особых проблем, хоть и заняло некоторое время.
— Могла бы и подождать, — буркнул самец, оказавшись рядом. — Давай я первым пойду? — как-никак прорываться сквозь непогоду двоим сразу было как-то глупо, а плестись следом в хвосте — некрасиво.

— Мёрьк, давно тебя в последний раз кто-то выгонял? Тем более странные яробожьи, смахивающие на помилованных преступников. Давно ты их знаешь и откуда?
☆ Очередь 2

Подпись автора

Не грешно пожертвовать кем-то ради науки, ведь жизнь и так коротка, а знания вечны.

Решаясь сделать что-то, Морошка уже не давала заднюю, потому что все слова, как правило, уже сказаны, все решения — взвешены. Так всегда было. То ли Яробожье воспитание сказывалось, то ли у рода ее упрямство поколениями растили, и теперь даже стоя перед волхвами, волчица не чувствовала ни страха, ни сомнений. Нападут — она ответит, и ни о чем жалеть не станет.

Она сдержанно и внимательно наблюдала за сборами сумеречников, лапами тверже врастая в камень, Внешне недвижимая, почти расслабленная, Морошка ощущала, как внутри натягивается невидимая струна, и каждый лишний жест, каждый взгляд, каждое движение отзывались внутри колючим ожиданием подвоха. Дело даже не в сумеречниках, пожалуй, она могла бы поверить в их своеобразную добродетель, а в том, что любая угроза становилась для Морошки поводом для напряжения.

И все же Мерьк, даже уходя, сохранила достоинство. В ответ на благодарность, Морошка кивнула, принимая ее с мимолетной, короткой улыбкой на краешках губ, и проводила волчицу взглядом.

А потом заговорил Серохвост. Морошка не успела даже осознать его слова, только увидела, как он метнул что-то в Сивиря, и тело среагировало быстрее разума.

Шерсть на загривке вздыбилась, губы дрогнули, обнажая клыки, а прежде нежное теплое пламя тревожно взметнулось искрами. Не понять, то ветер тряхнул огонь порывом или нет, но Морошка поймала себя на мысли, мимолетной, но страшной, что еще чуть-чуть и накопленное вырвалось бы атакой прямо по серому волку. Слава богам, голос Сивиря и его не менее красноречивый ответ остудили ее. Волчица отвела уши назад и посмотрела на Серохвоста без тени прежней вежливости, словно впервые увидела перед собой не волхва, а неразумного щенка, решившего проверить границы дозволенного.

Конечно, Серохвост не обязан был знать, как она, уж тем более Сивирь, после жизни в Черных Топях относятся к любым, даже шуточным, угрозам, однако, как думалось Морошке, предусмотрительность еще никому вредила. Серохвост либо был ее лишен, либо не в меру самоуверен...

Когда сумеречники наконец исчезли в метели, Морошка позволила себе выдохнуть. Несколько долгих мгновений она вслушивалась в завывание ветра снаружи, будто ожидая, что кто-нибудь из них передумает и вернется. И она бы поняла и приняла такой исход, ибо независимо от стаи все они были игрушками в когтях стихии. Но ничего не происходило.

— Сходили за козами, — иронично заметила Морошка, расслабив плечи. — Ты как? — спросила между делом, и провела лапой по земле. — Здорово ты ему зарядил. Надеюсь, немного заносчивости и хвастовства из него высыпалось...

Волчица подняла взгляд на лоб супруга и усмехнулась.

— Кажется, он был неравнодушен к твоей повязке, — она присела рядом, склонив голову к плечу волка, мазнула щекой по серому меху на шее. — Не перестаю удивляться тому, как всем вокруг легко грозить ведуну с клеймом, и как мало желающих провернуть то же самое с черноустом.

Подпись автора

• урурур •

— Я на секунду подумала, что он напал на тебя, и я едва сдержалась, — решила не утаивать Морошка.

Чужой глаз не уловил бы перемены: пламя все так же лениво плясало под случайным порывом ветра, отбрасывая зыбкие отсветы на снег и шерсть. Но Сивирь слишком хорошо знал ее и ее магию, выросшую из ослепляющих искр в обжигающий пожар. Волчица помолчала, будто вслушиваясь в собственные мысли, и лишь затем заговорила снова:

— Еще угрозы эти исподтишка. Липкие и мерзкие... В такие моменты задумываюсь: а стоила ли чего-то доброта, если в ответ желают бессонной ночи в тревоге перед возможным или невозможным нападением... Грязноватые методы у этих сумеречников, не находишь? Или я просто не понимаю таких шуток...

Морошка хитро взглянула на Сивиря, не поворачивая головы, на губах ее играла тонкая улыбка. И ведь правда, одно дело, когда таким промышляет черноуст вроде Брата Древних над своей пленницей. В этом есть хотя бы извращенная логика, звериная прямота насилия. А другое — волк, занимающий должность волхва, из соседней стаи, которую Морошка воспринимала порядочной, какие бы слухи не ходили среди воинов. Ее наставница училась на северной стороне, ее сестры жили там — этого казалось достаточно, чтобы не становиться жертвой предрассудков. Но в любой стае находились и свои недостатки.  Она медленно выдохнула, словно выпуская вместе с воздухом едкий привкус разочарования.

— Так что да, его хвост стал бы обугленным, а не серым, если бы не ты.

Морошка слабо улыбнулась и прикрыла глаза, принимая ласку супруга. Она отчаянно цеплялась за ощущение его прикосновений, как цепляются за выступ скалы над пропастью. Особенно когда мысли расползались тревожными тенями, и только его тепло не давало им окончательно захлестнуть ее.

— Может и напал бы. Как не погляжу, вокруг такие самоуверенные волки, будто собственная жизнь им не мила, дай только поквитаться с прохожим и доказать что-то, — сказала ведунья, пожав плечами. Знала она и в Яробожьей стае тех, кто без сомнения разорвал бы клейменного за черноречь, какими бы добрыми делами тот не обложился. На миг ее голос дрогнул, и Морошка даже не попыталась это скрыть. От Сивиря все равно не получалось. — Каждый раз, когда думаю об этом, мне... страшно. Я никогда не привыкну к смерти близких и не переживу того, что случилось на озере, снова. — Она сглотнула, но ком в горле стал только больше, и Морошка решила немного помолчать. Свист ветра на удивление успокаивал, и, прокашлявшись, волчица заговорила снова: — Может поэтому у меня никак не получается отпускать тебя далеко. Кажется, отвернусь и ты... Исчезнешь. — Морошка снова замолчала, будто испугалась собственной откровенности, и лишь спустя несколько долгих ударов сердца тихо добавила:— Спасибо, что не стал с ним драться. Даже в шутку.

Морошка прислушалась к себе и вздохнула. Вот бы скорее вернуться домой, к детям, в тепло и уют логова, за крепкими стенами которого можно хоть ненадолго поверить в безопасность. Все-таки помимо сумеречников, если Серохвост не врал, водились и другие недоброжелатели. Вряд ли они рыщут в такую погоду, но волчицу редко оставляло предчувствие незримой беды.

— Не думаю, что усну сейчас, — ответила она спокойно, поднявшись, — Но попробую. Наверное. Разбуди меня, когда потребуется тебя сменить.

Подпись автора

• урурур •