18 чисто месяца Маленьких Следов, ночь.

Всю ночь Морошка пролежала без сна в логове Хельги, прокручивая в голове случившееся. Она была благодарна наставнице за убежище и время, отпущенное на раздумья, пусть думать в присутствии озлобленного и негодующего Можжевельника было крайне затруднительно. Он ее презирал? Ненавидел? Сомневался, его ли внучка вернулась с болот? Жалел? Много волчица читала в его избегающем взгляде, поджатых губах и стиснутых до скрипа зубах и могла только догадываться, какие наставница подобрала слова, чтобы унять ярость мужа.

И ведь было за что Морошку винить и казнить - с черноустом плечом к плечу сквозь яробожью стражу пробивалась, собой ради него рискнула, стаю, семью перешагнула. Они не понимали, что на нее нашло, не верили или не хотели верить, но ведунья отчетливо знала теперь - она дура. Влюбившаяся в черноуста дура. А как иначе это называется?

Думала перебесится, забудется, свыкнется. Уже и жизнь своя налаживаться стала, и к прежним делам воротилась, а как на болотах оказалась, как с ним увиделась, так и не было будто месяца в стае. Один пришел, точно на свидание. Может, и он дурак? Только не любовь же тому виной. Викул любит только себя, и спроси кто Морошку, она бы призналась, что на болотах любить все равно, что слабость свою обнажать. Такое лучше с глаз долой и...

Сердце пропустило удар. И придет же в голову глупость. Не умеет Викул любить. Убивать, калечить, кромсать, забавляться, изощреннее прочих наказывать и брать все, что хочется - вот что умел Викул, вот единственное, что знал. И хуже всего Морошка понимала, что любит его таким: насмешливым, несерьезным, жадным до обладания и решительным, когда дело касается его границ. Но он не мог ее любить. Уж точно не на болотах, уж точно не после суда.

Морошка честно пробовала уснуть, свернувшись клубком и уткнувшись носом в рыжий хвост, но едва закрывала глаза, как вздрагивала и просыпалась. Ей мерещился кадавр, по кускам пожирающий ее душу, и в очертаниях мертвеца различала волчица своего черноуста.

Ушел Викул, и душа, и покой Морошки с ним ушли. Как он там теперь? Добрался ли до убежища Никто? А если не дошел? Морошку пробрал холод. Для него мир за пределами топи, наверное, все равно, что для нее - обитель черноустов была. Не в своей он стихие, еще и с клеймом на голове. Кто ж его такого примет? Ладно Никто, а дальше... Волчица поняла, что сделает, раньше, чем успела подумать и, не дожидаясь первого луча солнца, осторожно прокралась на улицу.

Логово Хельги и Можжевельника → Кровь-Река

Отредактировано Морошка (05.11.2024 04:59:46)

Подпись автора

но а во мне к солнцу лишь песня. к тёплым лучам я воспарю.
                            и пусть судьба мне неизвеста, к солнцу я путь в небе найду.

аватарка от Сивиря
аватарка от Зверобоя

22 число, месяц Благословения, утро

Зверобою совсем не спалось этой ночью. Долго он ворочался на своей подстилке, пытаясь удобное положение занять и в сон погрузиться, но назойливые мысли не давали и глаза сомкнуть. Давно похороненные на задворках собственной души чувства вновь напомнили о себе. Казалось, волк уже давно разобрался со всем этим и отпустил, но только сейчас понял, что это было не так. Забытая влюбленность по имени Морошка, разгоревшаяся около года назад, вернулась домой. И не одна.

Целое семейство остановилось в гостевом логове. Зверобой не был тем, кто приветствовал гостей - он предпочел покинуть пределы княжеского камня, и отправился на долгую одиночную охоту. Ему казалось странным, что одна из гостей раньше являлась частью Яробожьей стаи, и что именно она не давала какое-то время волку покоя, а теперь - у нее уже своя семья, а он, Зверобой, давным-давно стал для нее перелистнутой страницей. Впрочем, чего греха таить, ведь охотник и сам уже жил другой жизнью.

Вернулся волк затемно и, легкой рысцой, побежал к себе в логово. Там и понял, что другой жизни так пока и не случилось. Часы тянулись долго и крайне громко - волк слышал, с каким четким стуком бьется его сердце в груди, и от того каждая секунда становилась невыносимой. Возможно пролежал бы Зверобой так до самого восхода солнца, но ворох мыслей заставил его подняться и выйти на прогулку - напряжение сбросить. У княжеского камня дозорных встретил и решил разговорами отвлечься. Так и выведал, что потасовка какая-то в гостевом логове произошла, а также и то, что Хельга - мать Зверобоя - тому свидетелем была.

Сперва охотник подумал, что не хочется ему больше ничего знать ни о Морошке, ни о ее волчатах, ни уж тем более об её муже. Однако интерес всё же пересилил все сознание волчье, и Зверобой решил узнать все из первых уст. По дороге к логову Хельги волк набрал влажного мха - вроде как он всегда матери нужен был для ее штук целительских, - а как добрался до места нужного, то остановился и робко потоптался у входа. Не потревожит ли он в час ранний сон сводящей? И с какой темы разговор завести? А будь, что будет, в любой случае, мох-то надо передать - не бросать же его у входа?

- Маменька, - в нос ударил приятный запах трав. Удивительно, но он подействовал на Зверобоя успокоительно, и впервые за недолгое время волк ощутил легкость. Возможно, так произошло из-за материнского присутствия рядом, но охотник предпочел думать, что это все из-за целительской атмосферы, - Я мха свежего тебе принес. Вроде бы он тебе нужен? - от облегчения усталость чуть ли не свалила Зверобоя с лап, и он, прихрамывая, зашел в просторное логово, и прилег около Хельги, складывая драгоценный мох рядом с собой, - Совсем не спал ночь, сна ни в одном глазу, - зевая, добавил волк, - Предугадывая твои вопросы, отвечу, что охотился перед сном, но ничего поймать не смог. Из-за этого и уснуть не смог, - скрывая истину, наперед сказал Зверобой, чтобы мать донимать не начала, - Как гости расположились? Всё ли им нравится?

Пост написан 30.06.2025 20:50:29

Зверобой натянул улыбку на свою буро-белую мордочку, когда отвлеченная от дел Хельга подошла поприветствовать и обнять сына. Он осмотрел седые шерстинки на мордочке своей матери, заглянул в ее светлые зеленые глаза, почувствовал, что весь мех волчицы пропитался травами. Именно такой он ее всегда и помнил: погруженной в дела и заботу о стае, но не забывающей проявлять внимания и для своих собственных волчат.

Охотник прилег, чтобы матери не пришлось тянуться к нему и облегченно вытянул свои лапы, чувствуя, как приятными покалывающими комариками по ним разливается кровь. Так бывает, когда очень долгое время не спишь - все конечности будто перестают слушаться и немеют. Зверобой был рад, что не зря принес Хельге мха, а еще тому, что волчица не стала любопытствовать и расспрашивать у него подробности незадавшейся охоты: все равно обманщик из волка такой себе, того и гляди, запутается где.

- Да они всегда такие, вроде бы, - нехотя Зверобой поднял одну лапу и посмотрел на ее подушечки, но для него вроде как не было отличий со здоровыми, не сбитыми. Волк хотел было начать спорить с Хельгой по поводу необходимости делать настойки, да так устал, что даже не смог подобрать слов для возражений. Охотник поудобнее расположился на подстилке и вытянул свои лапы вперед, как и попросила его мать, - Угу, слава Велесу... - тихонько отозвался волк, чувствуя, как поднимается кожа на его переносице. Есть ту добычу, к которой прикасался враг его? Да никогда в жизни!

Сперва Зверобой повилял головой, молчаливо отказываясь от предложения поесть, но как только мать поделилась о гостевом логове, то терпение у волка лопнуло.
"Вот якой удачливый: ему и нору просторную, и жену-красавицу, и волчат большую ораву, и сама Клюква-то дичи им принесла!"

- Не собираюсь я касаться к добыче, которую черноуст глодал, - воскликнул вдруг не к месту Зверобой, не скрывая перед матерью всех своих чувств по отношению к тому, кто выкрал первую красавицу в стае Яробога, ударил лапой по полу логова, чуть ли не переворачивая глиняную плошку с темным отваром травяным. Взбушевался, - Впервые в жизни я с Клюквою согласен! Надо было в шею гнать этого... этого... подальше! - в целом, своими протестами Зверобой ответил на материнский любопытствующий вопрос. Спрашивал он, чтобы убедиться лично в том, что правду стражники сообщили о "теплом" приеме от Клюквы, - Позвали бы сюда Морошку только с волчатами, а этот пущай на болотах остается или где там он себе лежку устроил. Не нужен же он тут. Не нужен же, маменька? - тут уже Зверобой остановился, вскинул полный отчаяния взгляд на волчицу, ожидая услышать согласия от нее. Бока волка раздувались от дыхания, взгляд нахмурился и потяжелел. Не нравилось ему, что происходит, и как бы сильно волк не хотел сдерживаться перед матерью, но не получилось - из-за стыда он уши назад отвел; логово Хельги - не место для бунтов.

Пост написан 04.07.2025 10:45:17

Глиняная плошка с травяным отваром, предназначенным для сбитых подушечек лап Охотника, осталась не перевернутой. Само собой, Хельга заметила нарастающий гнев сына и отодвинула драгоценный сосуд от греха подальше. Кажется, ее слова пролетели мимо ушей Зверобоя, так как он все еще не успел договорить то, о чем думал, а думал он об очень некрасивых речах. В целом-то, куда ему, воину, размышлять о сказанном. Его учили сражаться и охотиться, поэтому волк не всегда думал о словах. Тем более перед матерью ему нечего было скрывать - как будто что-то могло измениться.
После того, как излил свою душу Зверобой, он ощутил покалывание на подушечках передних лап и потянулся к ним мордой, чтобы слизать жгучий отвар, но как только коснулся их языком, то сразу же отдернулся. Горько.

- Морошку, верно, в стаю хочет вернуть князь, но наверняка он не думал, что и этот увяжется за нею следом, - действия княгини не особо интересовали Зверобоя, но почему-то вдруг осенила воина мысль о том, что это по указке Мораны Остроскал решил пригласить гостей. Наверняка белая ведунья напела князю что-то, ведь где это видано, чтобы черноуста в гости звать? Видать был в этом замешан какой-то иной смысл. Но о своих подозрениях Зверобой промолчал, отвернул голову от Хельги, чтобы не увидела она в его глазах сомнений в княгине, - Да какая любовь, маменька... - тяжело выдохнул волк и повернул полный боли и печали взгляд на мать. Разве она сама верила в такую любовь? Морошка всю жизнь себе перечеркнула, и это называют любовью?
Он прекрасно знал, что Хельга хочет ему счастья, но до сих пор он не смог его отыскать: ни в глазах состайниц, ни в других. Искал ли? От того разговор завелся в уязвимую для Зверобоя позицию. С одной стороны он мог бы слукавить и приврать матери, но с другой... был ли в этом хоть какой-либо смысл? Он для Хельги как открытая книга, ведь не стала она его бранить за слова гневные в адрес бывшего черноуста, а наоборот, спросила, все ли у самого Зверобоя хорошо.

- Только думать забыл о ней, а она пришла. Как будто сама судьба хочет поиздеваться, - волк нахмурился и стиснул свои клыки. Он почувствовал на кончике языка горечь, но то была горечь не от травяного отвара, - Замужняя, - сквозь зубы процедил, ощущая, как все тело напрягается не то от злости, не то от ревности, - А Дана...  Дана - друг хороший. Часто рядом была, помогала, но не обо мне она вздыхает, - на самом деле Зверобой и не рассматривал светлую волчицу в качестве подруги сердечной, однако после слов матери задумался: а почему же? Наверное потому, что свела их горечь общая, любовь неразделенная. Видел в ней воин друга настоящего, сопереживающего.
- Не знаю, маменька, не смогу я. Тем более сейчас, когда опять я понял, что Морошка не чужая мне, - свой взгляд Охотник опустил и посмотрел на пол перед собой. И правда запутанная история, - Может и не играли они свадьбу с черноустом-то, а? Тогда я бы мог по законам нашим одолеть его на поединке и претендовать на Морошкино сердце, - бурый волк навострил свои уши в ожидании ответа.

Отредактировано Зверобой (14.07.2025 15:46:08)

Подпись автора

♥ прекрасности от прекрасной Морошки
♥ и еще прекрасность, также от Морошки
★ восхитительность от Ярроса
☆ аватар от Тайного Санты

Пусть Зверобой уже и не был дитем малым, однако для Хельги он навсегда останется волчонком.
- Ну мам, - хмуро отозвался волк на материнские нравоучения. Знал он, что лапы покрытые мазью в рот нельзя совать, но ведь жглось сильно! Тут уж не только Зверобою не устоять, так и самому Яробогу. Посмотрел бы воин, как Хельга Бога бранит за такую оплошность.
Печальными глазами Охотник наблюдал за тем, как главная целительница унесла вглубь логова плошку с мазью. Каждая посудина у Сводящей всегда стояла на своем месте, и Зверобой поражался тому, как же так она не забывает: что-где лежать должно? Но пока матушка не смотрела на воина, тот опять потянулся языком к лапам и еще несколько раз их облизал, дабы успокоить жжение. Горько, но что поделать. Остается только морщиться.
Впрочем и от самого разговора тоже невозможно было не морщить морду.

Матушка все старалась успокоить и вразумить сына, однако никакие слова не могли утихомирить поселившуюся в груди ненавистную печаль.

И когда же это собрание будет? Зверобой лишь вздохнул на ответ Хельги, чувствуя, что вряд ли стае Яробога сообщат об истинной цели визита бывшего черноуста и Морошки. Не такое высокое положение в стае занимал Зверолов, чтобы его посвящали в подобного рода тайны, если, конечно, таинство какое-то и было. Скорее всего состайникам придется молча смириться с тем, что с ними по соседству будет какое-то время жить преступник.
"Морошка пережила гибель Крыжовника... Так и казнь муженька переживет."
- Зверобой, сынок... - он поднял усталый взгляд на мать и ощутил сильное желание прижаться к ее груди. Забыться в объятиях Хельги, вновь обратиться волчонком и не беспокоиться больше ни о чем.
Может и права сводящая? Может Морошка вернулась, чтобы Зверобой наконец-то ее отпустил? Да вот только все равно больно смотреть на ее рыжую шерстку, да в глаза яркие, жгучие. Теперь-то Морошка уже взрослая, сама стала матерью и многое понимала. Может осознает теперь, что тогда в березовом лесу при красивом закате Зверобой ей искренне в любви сознавался?
"Может подарить ей тот цветок, который не успел?"

Наверное ни одному воину не нравится, когда их видят сломленными. Так и сейчас Зверобой чувствовал себя побитым и пристыженным, сидя в логове матери. Словно вернулся из тяжелого боя, где его смертельно ранили, а теперь приходится у целителя сидеть - раны латать. Может стоило собрать все свое мужество в кулак и, стиснув зубы, принять все испытания судьбы?
- Не знаю уж, что и поделать, - выдохнул Зверобой спустя некоторое время после того, как Хельга завершила свою речь, - Сидеть в ожидании тоже не могу, ведь чувствую я себя проигравшим. Должен же я хоть что-то сделать!
Волчиц и правда много было хороших в стае, но если бы Зверобой любил хоть одну из них, то уже давным-давно бы женился... И Хельга бы с внуками нянчилась, а не со взрослым сыном, страдающем по недоступной возлюбленной...
- Дай мне что-нибудь для сна, маменька, - стиснув зубы, предложил воин, - Во сне всё лучше, чем в яви.
Да и может небольшой отдых поможет Зверобою расставить все по своим местам?

Подпись автора

♥ прекрасности от прекрасной Морошки
♥ и еще прекрасность, также от Морошки
★ восхитительность от Ярроса
☆ аватар от Тайного Санты

Хельге легко было рассуждать. Она не являлась самцом, не сражалась за внимание волчиц, не боролась и после за их сердце с другими, жаждущими любви, самцами. Если бы Зверобой только знал, где искать Морошку, то он бы без раздумий бросился за ней следом, лишь бы отбить красавицу у серого черноуста. Тогда бы не пришлось сейчас жалобно скулить в материнском логове и жалеть себя! Всё сложилось бы по-другому - Зверобой в этом был уверен. Вот только судьба, злодейка, решила сыграть по своим правилам. 

- Не держал, - скромно ответил Зверобой, решая не раскрывать Хельге своих истинных мыслей. Мать никогда не сможет понять собственного сына, ведь ей самой не приходилось проходить его воинский путь. Однако матушка могла дать нечто иное: любовь, заботу и поддержку. Всегда за этим обращался к ней Зверобой. Но получал напоследок еще и горсть советов, да мудрых уроков. К чему все они были - не ясно, по крайней мере в текущем расположении духа...
"Вот будет возможность, так я первым же делом расквитаюсь с этим гадом! Ни Хельга, ни Морошка не остановят меня своими уговорами. Лишь бы сил хватило одолеть черноуста..."

Ощутив, как ярость сжирает его изнутри, Зверобой попросил у матери настоя для сна. Сегодня вечером в стае должно разыграться боьшое пиршество, и Охотник не очень хотел его пропускать из-за сонливости. Уж лучше он наспится всласть в логове у Хельги, а оттуда отправится с Можжевельником на праздник.

- Спасибо, маменька. Твои слова и твой чай согревают лучше всего на свете, - благодарно выдохнул воин, притягивая к себе посудину с жидкостью. Приятный запах сразу же ударил в ноздри зверю, и он мысленно воротился в свое детство - в те самые спокойные и счастливые времена, когда не было места ни заботам, ни печалям. Зверобой вспомнил, как нехотя воротил нос от чашки с чаем, но Хельга его мягко просила попробовать хоть глоточек, а после обещалась отпустить с отцом на охоту... Только такие уговоры и действовали.
- А помнишь, как в детстве ты обещала мне, если я выпью чай, то отправлюсь с отцом на охоту... Ох, легко же тебе было подловить меня, - подув на горячую воду, чтобы сбить с нее жар, произнес Зверобой, а после сделал глоток. Он ласково улыбнулся матери и благодарно коснулся своей лапой до ее лапки, - Пожалуй, я и правда останусь у вас в логове до вечера, - зевну, добавил Зверобой, а после одним глотком осушил чашку. Воин опустил отяжелевшую вмиг голову на свои замазанные мазью лапы и, закрыв глаза, вскоре погрузился в сон.

Подпись автора

♥ прекрасности от прекрасной Морошки
♥ и еще прекрасность, также от Морошки
★ восхитительность от Ярроса
☆ аватар от Тайного Санты

Можжевельник вошел в логово, точно не в поисках Хельги - он знал, что жену тяжело застать днем дома. Ему просто требовалось немного побыть одному, подальше от взглядов стаи.

С момента, как вернулась Морошка, Можжевельник словно снова испытал на себе тяжесть тех дней, когда она только сбежала с одной лишь радостью - его внучка в самом деле была жива. Но все остальное: взгляды - сочувствующие, непонимающие, порой насмешливые - было точно таким же. Он старался не думать о Златане - своем заклятом враге, что любое событие использовал как повод для шутки или для дурацкого пари, старался не думать об Остроскале, которого приютила семья убитого проклятым Верея, и о Волоте, которому после пришлось возглавить свой род, не пройдя и Оборота. И, конечно, старался не думать о Крыжовнике. Но чем больше он старался, тем меньше у него это получалось. Немые, укоряющие тени, тянущиеся, казалось, к самому Светозару, толпились вокруг него, как будто спрашивая: как мог он допустить такой позор? Как мог допустить то, что волк, принесший стае столько боли и разорения, смог охмурить его внучку и сбежать с ней?

И перед этим строгими мордами, Можжевельник чувствовал себя волчонком, не находящим ответа.

То, что в логове был Зверобой, оказалось для старого волка неожиданностью. Некоторое время он молча смотрел на одного из сыновей Хельги, спящего на своей лежанке. Было же время, счастливое, солнечное, безмятежное, когда Морошка, как и полагается всякой уважающей себя Яробожьей волчице прочила себе в мужья настоящего воина, достойного, сильного, не опорочившего себя множеством гнусностей. Было время, когда и Зверобой желал видеть ее своей невестой - звонкую, смешливую, волчицу, на которую еще не легла ни печать перенесенных страданий, ни тяжесть позора предательницы стаи. А теперь... Все сломал, все разрушил проклятый черноуст, чтоб ему провалиться.

Одно утешало - пообещал Можжевельнику князь, что как покончено будет с делом на болотах, не миновать клеймленному справедливого суда. Ну, может не пообещал, но обмолвился, и только это грело сердце старого волка. Только на это и уповал. Так оно даже и лучше получится - пусть своей головой рискнет безбожник, а может... Может и вовсе сгинет на своих болотах? Разве не там полагается найти ему смерть свою?

Погруженный в мрачные мысли, Можжевельник сидел сгорбившись, и ничего не замечая вокруг себя.

Подпись автора

отчини мне, природа, стакан молока
молока от загадочных звезд
и простой, как река, я пущу с молотка
свой умственный рост

зубастая и болотная авы от Морошки :З
ава от Черномора :З

викулу от дека, видимо с любовью

кто в болоте? а, это Викул
он всё время там, пакость, лежит
но не слушайте, дети, посул
его слово - отрава во лжи

не ходите в болото к нему,
он нарочно сидит там и ждёт...
вот сейчас я морошку веду,
а он ей гад бочок отгрызёт

викулу от морошки, точно с любовью

А там Викулушка живет
Он кровушку мою не пьет.
Он черноуст порядочный
И чуть-чуть загадочный хд

Можжевельник услышал шевеление за спиной, и обернувшись, встретился взглядом со Зверобоем, что уже успел проснуться. Впрочем, он тут же отвернулся, опустив голову. С тех пор, как сбежала Морошка, он не чувствовал себя вправе смотреть в глаза честным волкам Яробожьей стаи, которые не запятнали себя таким ужасным предательством. Казалось, все они осуждают его. Столько лет он был уважаемым членом стаи, столько лет к нему обращались за дельным советом, степенно и мудро он представлял свою семью на Княжеском камне, и хватало, порой, одного лишь его слова, чтобы утихомирить спорщиков. На него равнялись, и прежде он ловил на себе уважительные взгляды. Он знал, что молодые волки хотят быть похожими на него: такого неторопливого, уверенного в себе, настоящего воина, может и утратившего часть былой силы, но не растерявшего ни чести, ни стати... А теперь...

За каждым углом ему чудились шепоты, везде он видел насмешливые взгляды. Как же! Ведь столько лет он считал, что имеет право воспитывать других, а сам не углядел за родной внучкой.

Да, Морошка оставалась его внучкой, и Можжевельник понимал, насколько жалко и недостойно было бы отказываться от нее. И он был искренне рад ее видеть... Но зачем? Зачем притащила она за собой этого безбожника, этого клеймленного, этого паразита, убийцу и вора? Зачем сбежала вместе с ним? Пытался, и никак не мог понять этого Можжевельник, и оттого на сердце было горько.

- Да... здравствуй... - ответил он невнятно, не поднимая глаз. Прежде он бы поздоровался со Зверобоем громко, с достоинством, неторопливо расспросил бы у него как дела. Дал бы какое-нибудь напутствие. А теперь он ощущал доселе неиспытанное и очень неприятное желание сжаться, спрятаться, стать как можно меньше. Наперекор этому чувство, он все-таки заставил себя поднять голову и встретиться со Зверобоем взглядами, только глядел он как будто мимо молодого волка:

- Здравствуй, Зверобой, - откашлявшись, сказал он погромче, - как... как твое здоровье?

Вопрос прозвучал глупо, и тяжело повис в воздухе. Нашел о чем спрашивать у молодого воина! Следовало поинтересоваться чем-то другим: успехами в охоте, в учебе, но в голову от стыда все равно не лезло ничего вразумительного.

- А Хельга, да... - невпопад ответил он снова, - спать нам нынче мало приходится... Да и как тут спать, когда такая дрянь по стае разгуливает!

Последние слова вырвались у Можжевельника против его воли, но он хотел хоть как-то выразить, что не смотря на то, что Морошка - ему родная, он совершенно не одобряет ее выбора, да к тому же не хочет, чтобы в стае хоть кто-то решил, что он станет защищать проклятого так же, как свою внучку. За Морошку он бы каждому отгрыз язык, вздумай кому говорить о ней гадости, но притащенного ей преступника был готов ругать на все корки.

А с другой стороны, кого и правда винить в том, что пришел сюда клеймленный, что ходит меж яробожьих, как будто право на это имеет, что видом одним своим насмехается над вековыми законами стаи? Морошка, может и повинна, да князь с княгиней повинны не меньше! Морана еще несколько месяцев назад не притопила его вовремя, еще и позволила слухи распустить мерзкие... А Остроскал велел воинам сейчас его не трогать. А ведь Можжевельник первым бы собрал бравых сыновей, и не осталось бы от клеймленного ни кусочка.

  И какие бы мудрые планы не стояли за этим, не мог Можжевельник не досадовать на правящую чету. Но, этого он бы, конечно, Зверобою ни за что не открыл. Он, все-таки, еще был старейшиной, и старался сохранить за собой остатки достоинства.

- Праздник, да... - повторил Можжевельник следом за Зверобоем. От него не укрылось, что и у воина настроение было невеселое. Может, оттого, что противно было сидеть ему с Можжевельником в одном логове? Может, оттого, что мать его вышла замуж за опозоренного теперь, и Зверобой стал ему родичем? Кто же теперь точно скажет? Ни в чем не был уверен Можжевельник, а мерещилось ему всякое.

- Слышал может, клеймленный сражаться в поединках будет, - как бы невзначай обмолвился Можжевельник - не давал ему покоя преступник и недавний с ним разговор. Будто бы наяву видел он насмешливый взгляд голубых глаз, и не вырвать было этих воспоминаний, - на нашем празднике. В честь волчат, которых он крал без счета... О боги, боги...

Он удрученно покачал головой и тяжело замолк.

Подпись автора

отчини мне, природа, стакан молока
молока от загадочных звезд
и простой, как река, я пущу с молотка
свой умственный рост

зубастая и болотная авы от Морошки :З
ава от Черномора :З

викулу от дека, видимо с любовью

кто в болоте? а, это Викул
он всё время там, пакость, лежит
но не слушайте, дети, посул
его слово - отрава во лжи

не ходите в болото к нему,
он нарочно сидит там и ждёт...
вот сейчас я морошку веду,
а он ей гад бочок отгрызёт

викулу от морошки, точно с любовью

А там Викулушка живет
Он кровушку мою не пьет.
Он черноуст порядочный
И чуть-чуть загадочный хд

Конечно, этот разговор не мог не быть таким неловким, и Можжевельник моментально вспыхнул, как сухое дерево в грозу. Если бы не проклятый, клеймленный, душегуб и кровопийца, ему бы не приходилось прятать взгляд от воина своей стаи. Не приходилось бы лепетать так, словно он был провинившимся щенком. А уж перед Зверобоем, он, пожалуй, был виновен вдвойне, что не смог воспитать ему достойную супругу!

- Да, лапы... - пожевав губами, ответил он, - лапы это ничего, это пройдет.

Раньше Можжевельник добавил бы к этому что-то ободряющее, но теперь он не был уверен, что имеет на это право.

- Я в порядке, спасибо, - чуть угрюмо откликнулся волк. Ему почудилась в вопросе Зверобоя скрытая насмешка: дескать, как ты, старик, чувствуешь себя рядом с клеймленным, упустив свою внучку и мою невесту?

Однако, следующие слова Зверобоя, произнесенные с искренним возмущением, развязали тугой узел в груди Можжевельника, и даже чуть слезы не выступили у него на глазах от такой бурной поддержки. Кажется, Зверобой все-таки не винил его в произошедшем. Но на вопрос Зверобоя, он замешкался ответить, припомнив, что вообще-то сам первый предложил клеймленному выступить в поединках, заключив с ним глупый спор. Пожалуй, об этом воину знать не стоило. С другой стороны, Можжевельник надеялся, что выбранный им боец уж сможет как следует опозорить кровопийцу, размазав его по арене на Княжеском камне.

- Ну, ничего! - уклонился он от ответа, - оно, может и к лучшему. Пусть вся стая полюбуется, как проклятого грызут. Совсем, как на суде. Был ты на суде, Зверобой? Я своего сына против него выставлю, попробует, скотина, яробожьих клыков!

На слова Зверобоя, Можжевельник важно покивал головой:

- Заслужил, заслужил. Уж по-честному сказать, удавить такую гниду даже из засады - богам дело угодное. Но, Остроскал не велел... Пока, - Можжевельник многозначительно прикрыл глаза и поглядел на Зверобоя, - но если уж уцелеет на арене, да с княжеского дела вернется, тут уж за нами не постоит, верно говорю? А может и сгинет - плакать поди о нем никто не будет.

И он презрительно усмехнулся.

Подпись автора

отчини мне, природа, стакан молока
молока от загадочных звезд
и простой, как река, я пущу с молотка
свой умственный рост

зубастая и болотная авы от Морошки :З
ава от Черномора :З

викулу от дека, видимо с любовью

кто в болоте? а, это Викул
он всё время там, пакость, лежит
но не слушайте, дети, посул
его слово - отрава во лжи

не ходите в болото к нему,
он нарочно сидит там и ждёт...
вот сейчас я морошку веду,
а он ей гад бочок отгрызёт

викулу от морошки, точно с любовью

А там Викулушка живет
Он кровушку мою не пьет.
Он черноуст порядочный
И чуть-чуть загадочный хд