Ловчая, заводя разговор с Мавой, и не рассчитывала на то, что очень скоро добьется от той искренности. Из-за недоверчивости и склонности подозревать за окружающими что-то дурное, видя во всех то же лицемерие, что и в себе самой, она немного устыдилась своей напористости. Карамора и в самом деле оказался небезразличен смоляного цвета волчице, и все в ней выдавало силу ее особого к нему отношения: напрягшиеся мышцы, дрогнувший голос, искреннее волнение... Воительница отвела уши назад, а взгляд - в сторону. Может ли быть так, что Мава искала уединения, чтобы собраться с мыслями и окончательно для себя решить, не зазря ли она пронесла свои чувства через Кровь-реку ради волка, который и не оценил открывшегося ему сердца? И как же бестактно, в таком случае, поступила Ряба, потревожив ее своим любопытством.

- Я не хотела, я не имела ввиду, в смысле, я, - слова почему-то не складывались во что-то нормальное, - ай, да раздери меня кабан, чего ж я мямлю!? - вслух занегодовала она, раздраженно притопнула лапой и сделала несколько шагов вперед, наконец, более не нарушая личного пространства зеленоглазой. Ответ и так был понятен - чужая искренность и откровенность настолько застала самку врасплох, что она и не знала, с чего начать. Чувствовала лишь, что хочет поддержать, но не обмануть лишней надеждой. Хочет помочь, но в то же время задается вопросом: а, собственно, как? Согретый бок обдало холодом.

Волчица сделала глубокий вдох, прикрыв глаза, затем открыла их и медленно выдохнула, надеясь, что так сможет совладать с внезапно накатившим на нее чувством. Нелепое желание как-то поддержать Маву или хотя бы попытаться поднять ей настроение не отпустило. Но в голову лезли всякие недопустимые грубости вспылившей и сопереживающей своей подруге девчонки, вроде: “ну раз он не оценил твоего жеста, то пусть и задохнется от одиночества в своем вонючем логове!”, “да он же черноуст, зачем тебе черн, когда есть нормальные волки, с которыми ты бы могла построить будущее?” или “ну раз так, мне кажется, единственное, что способен оценить Карамора - это собственное отражение, пфу на этого нарцисса!” и тд и тп. И все же в ней было достаточно здравого смысла, чтобы не поддаваться эмоциям и не высказывать настолько опасно насмешливые глупости в морозный воздух. Ряба встала прямо напротив Мавы и серьезно поглядела ей в глаза:

- Рясная должна проводить обряд бракосочетания. Я подумала, что раз вы там втроем так мило устроились, да и ты вроде как намекнула, сказав, что кровью не со всяким будешь делиться, то намечается как раз это, и вы все планируете. Потому и отпустила комментарий про особое отношение. - Ловчая облизнула черные губы и проглотила комок слюней, но потом уголки ее пасти вновь натянулись, образовывая на морде ребяческую улыбочку, а брови нахмурились в театральной задумчивости. - Откровенно говоря, я и не предполагала, что Пифия вообще станет претендовать на внимание Вящего. Она же, ну... как бы это помягче сказать... старенькая... Ты уверена, что она смотрит на него именно так? Просто, может, на самом деле, их объединяет какая-то общая тайна?

Подпись автора

Off, off with your head Dance, dance til you're dead

голос персонажа

Ветер налетал порывами, тревожа голые растения, сбрасывая с их лысых ветвей снег да с присвистом рассекая пространство в каменном шраме, периодически напевая то ли свою собственную песнь, то ли возвещая о том, что нет среди камней ничего, окромя зияющей пустоты. Пустота была и в душе Рябы, когда она пыталась подумать о любви. Безусловно, чужие поступки и эмоции вызывали в ней отклик, проблема в том, что те зарождались лишь с подачи, а не сами собой, и уж тем более не теплились где-то в груди, вызывая этот прославленный трепет или, как некоторые говорят, бабочек в животе. У нее бабочки в животе появлялись, когда она видела кусок сочного мяса, например. Или представляла кровавую расправу над каким-нибудь черном. И самку, в общем-то, подобный расклад вполне устраивал, только теперь выходило так, что она оказалась не в силах поделиться с Мавой даже советом.

“Как помочь кому-то разобраться в тонкостях осознания чувства любви, когда сам не испытывал чего-то подобного?”

Может, это и правда не ревность. Но, что же тогда? А даже если и ревность, зачем это отрицать, как что-то постыдное? Все ведь донельзя просто, если самому не пытаться усложнять. “Все просто,” - эхом отозвалась мысль в голове воительницы, и та вдруг прикинула, не является ли похоть частью любви, и посмотрела на свою смоляного цвета собеседницу, что как будто бы устало глядела в такое светлое, бесконечное, но безразличное к их переживаниям да трудностям небо.

- Знаешь, думаю, есть способ выяснить, что же ты чувствуешь, - намереваясь вырвать подругу из печальной задумчивости, заговорщицким тоном протянула Ряба. Уж если они и расстанутся, то не на столь тяжелой, какой-то вязкой и неприятной ноте. Она наклонила голову слегка вбок, а ребяческая улыбка вдруг сделалась какой-то елейной, но не нарочитой, - просто постарайся представить, как он вот прямо сейчас стоит перед тобой и смотрит нежно-нежно, так, как, совершенно точно, не смотрят на друзей, - самка медленно, очень плавно качнулась в сторону собеседницы, голос ее при этом становился тише и как будто бы даже ниже, - как приближается к тебе с явным намерением что-то сказать, только тебе, что-то вроде, - осторожно, словно остерегаясь отпугнуть, Ряба прижалась своей щекой к щеке волчицы, и ее губы оказались достаточно близко, чтобы горячим дыханием пощекотать черное ухо, когда она прошептала: - я люблю тебя, Мава.

Подпись автора

Off, off with your head Dance, dance til you're dead

голос персонажа

Начало игры в локации
  302 год от С.Ч.
12 число месяца Скорбного Плача

Снежное крошево покрыло деревья, белым полотном хрустело под лапами и, казалось, этому не будет конца - хлопья снежинок продолжали сыпать из облаков, наглядно демонстрируя, что зима давно и весьма уверенно ступила в свои права. Ряба проклинала снег, наверное, по жизни, но сейчас - потому что гнала какого-то слишком вертлявого зайца. В патруль ей предстоит выйти на следующий день, в компании Поручной - новенькой волчицы по имени Антигона, ну, а сегодня она была в праве делать, что хотела, и потому отправилась на поиски пропитания, в кои то веке решив не объединять ни с кем из собратьев усилия. Кажется, зря. Косой всякий раз уклонялся от ее зубов, резко сворачивая в сторону и перемахивая через любой величины сугробы да препятствия с завидной легкостью. Его зигзагообразные броски измотали волчицу, и та в итоге позволила намеченной цели сбежать. Ушастый наглец же будто понял, что ему больше не грозит преследование и прежде, чем затеряться среди снежной белизны да рябящих в глазах полосками стволов березок, остановился и на несколько секунд оглянулся на неудачливую охотницу, после чего отвернулся, вильнул округлой задничкой и поскакал себе дальше. Ряба понятия не имела, что это могло бы значить, но была уверена в одном - если косой пытался этим что-то сказать, то это точно не было что-то хорошее.

Оглядевшись по сторонам, Ловчая обнаружила, что пока гнала прыгучего наглеца, проделала немалый путь: пересекла пастбище и даже лес, в результате чего оказалась в месте, именуемом Каменным шрамом. Припоминая истории о том, какие навьи твари любят селиться в расщелине, она уж вознамерилась удалиться обратно в чащу, как заметила на противоположной стороне горку меха. Сделав несколько шагов в направлении обрыва, она пригляделась и заключила, что незнакомец дрыхнет. Но... точно ли незнакомец? Странное дело, почему-то впервые за все время, глядя на кого-то ей показалось, будто они уже встречались. К тому же, то сторона Яробожьей стаи, с которой связаны не немногочисленные воспоминания, что у нее сохранились.

“Может ли быть так, что мы с ним знали друг друга?”

У нее ведь уже стали появляться сомнения, что воспоминания о яробожьих и их обычаях - настоящие, но вот он, кажется, ее шанс наконец разобраться: игры это больного разума или все же нет. Ряба подошла еще ближе, остановившись лишь в прыжке от края да присмотрелась внимательнее. И вдруг, она вспомнила. В самом деле вспомнила! Знакомство с Богумилом, нелепую беготню на пляже, “сражение” с крабом, уговор обмениваться всякими мелочами...

“Он ли это? И почему он здесь, разве он не был весь из себя одинокий одиночка?” - засомневалась Ловчая. С другой стороны, не проверишь - не узнаешь.

- ЭЭЭЭЭЭЙ! ЭЭЭЭЙ ТЫЫЫЫ! - заорала она во всю мощь своей глотки и насколько хватило кислорода в груди, чтобы тем самым разбудить волка и тут же привлечь к себе его внимание. Дождавшись, когда он проморгался и у них установился зрительный контакт, тут же прямо и выпалила: - СЛЫШЬ, ТЫ, ТЕБЯ КАК ЗВАТЬ???

☆ Очередь 2

Подпись автора

Off, off with your head Dance, dance til you're dead

голос персонажа

Горка меха зашевелилась и что-то точно сказала, но Ряба не разобрала. Предполагаемый знакомый отходил ото сна с явной неохотой, медленно уселся на зад, вяло размял плечи и шею, и Ловчей даже почудилось, будто само время обленилось да замедлилось, настолько волчара по-странному неторопливо отряхнулся. Разве что чихнул с естественной скоростью. И, похоже, благодаря этому окончательно проснулся.

—Я БОГУМИЛ! ИЛИ МИЛЯГА! ИЛИ МИЛ! НО НЕ МИЛОС, ТУТ НЕ ПУТАЙТЕ! А ВЫ КТО? У ВАС ГОЛОС ЗНАКОМЫЙ! ВЫ ИЗ НАВИ? КАКОЙ-ТО ДУХ?

“Вот дуралей!” - усмехнулась про себя воительница, и тут же испытала теплоту к серому увальню, поскольку пришедшая ей на ум следующая мысль, что таким вот иногда неловким, но всегда смешным, она его и запомнила, обрадовала ее еще больше.

- ДААААА, ДУУУХ, ПРИЗРАК ИЗ ПРОШЛОГО. - подурачилась и Ряба, с улыбкой наблюдая за движением на противоположной стороне Каменного шрама. Похоже, Миляга разминал лапы вместе с воспоминаниями, и, стоит отметить, весьма успешно.

—Я ТЕБЯ ВСПОМНИЛ!

Это так невероятно приятно: помнить кого-то и когда тебя тоже помнят. Ряба удивилась тому, насколько это оказалось для нее важно. И совсем не обиделась ни тому, что в ней признали волчицу не сразу, ни, тем более, желанию собеседника двинуться в сторону Кровь-речки, чтобы встретиться на берегу и переговорить уже нормально.

- ПОХВАЛЬНОЕ НАМЕРЕНИЕ ПОПЛАВАТЬ, НО ДАВАЙ ТАК: КТО ПОСЛЕДНИЙ ДО КРОВЬ-РЕЧКИ ДОБЕЖИТ, ТОТ ПРОИГРАЛ, А ЗНАЧИТ, ТОМУ И ПЕРЕПЛЫВАТЬ, ЕСЛИ ЧТО! МЧИМ НА СЧЕТ ТРИ! РААААААЗ! ДВААААААА…

И не выкрикнув “три” она рванула во весь опор. Сделала мощный, красивый рывок, а потом не успела слегка свернуть вбок и в итоге влетела в терновник, что серьезно ее замедлило.

Отредактировано Ряба (23.07.2026 20:53:22)

Подпись автора

Off, off with your head Dance, dance til you're dead

голос персонажа

Чертыхаясь, Ряба прорывалась сквозь терновник агрессивными рывками, даже не боясь поцарапаться. Она не хотела проиграть. Тем более по такой ерунде и в их первую, спустя боги знают, сколько времени, встречу. Но еще более громкие ругательства по противоположную сторону каменного шрама свидетельствовали о том, что и Богумил потерпел какую-то чрезвычайно опечалившую его неудачу. По правде, настолько опечалившую, что он прямо таки орал.

“Не помню его настолько азартным, но и отлично, раз орет, значит, у меня еще есть шанс!” - воспряла духом воительница, и уже было повернула голову, чтобы подстегнуть оппонента какой-нибудь насмешливой фразочкой, как поняла, что тот исчез.

Ряба застыла. Широко вытаращив глаза то ли в непонимании, куда делся ее друг, то ли в немом вопросе, а не привиделся ли он ей вообще.

“Может, я спятила?”

Но глаза зацепились за вереницу следов, которые обратились очевидным падением на снежное полотно, что коварно скрывало под собой обледенелую землю. Миляга оставил после себя что-то вроде “тропинки”, обрывающейся у самого края зловещей расщелины.

- Ох… - только и смогла выдать Ловчая, все еще обомлев и не двигаясь с места. Фантазия уже рисовала переломанное тело волка, и хорошо бы, если он во время падения успел свернуть шею о какой-нибудь выступ, чем лежит там в агонии и, медленно издыхая, смотрит на то, как к нему подползают кровожадные мары, принимая всевозможные формы и напевая ему всевозможными голосами. - Вот жеж дерьмо. Придурки, зачем мы вообще эту беготню затеяли… - корила себя она, пока выбиралась из цепких кустов и, растрепанная даже больше обычного, двигалась к краю, чтобы посмотреть, что же там внизу.

“И что делать, если он еще жив, но весь поломанный? Вряд ли он будет в состоянии самостоятельно выпить брошенное ему зелье.”

К собственному удивлению, воительница обнаружила паникующий комок меха довольно быстро и, кажется, даже в полном здравии.

“Значит, двигаться можешь. Хорошо. Эх, не шумел бы ты еще, пока падал, Миляга.” - мысленно прокомментировала она и заметила, как с дальних, мрачных краев ущелья стали потихоньку стекаться к неожиданному гостю еще более черные, пока не обретшие форму тени. Шерсть на загривке слегка распушилась.

“Ничего страшного. Совсем ничего. Время еще есть, значит, мы пока не в жопе.”

Сама она героически спускаться, прыгая с выступа на выступ, не собиралась - это небезопасно. Травмировавшись в процессе, она, с высокой долей вероятности, обречет на печальный конец если не их обоих, то себя так точно - что было бы уже даже по ее меркам хреновой смертью. Бежать до одного из входов ущелья далековато.

“Но это ведь бывшие черноусткие земли,” - напомнила себе Ряба, - “а уж эти подлые твари умудрялись как-то пробираться на земли яробожьих, следовательно, должен быть какой-то проход. Хоть что-то, что экономило бы время и помогало избегать даже берега Кровь-Реки…”

Она пригляделась. И ничего не увидела.

- Сраный снег! - выругалась волчица, негодуя от того, как белое плотно склонно скрывать под собой многие неровности. Да даже если от Каменного шрама отойти на достаточное расстояние, из-за “сраного снега” будет даже казаться, что там ничего и нет, просто ровная земля, что ведет в земли соседней стаи.

“Вот!!!” - потратив на поиски какое-то время, наконец возрадовалась она. Ловчая рванула с места в надежде, что им хоть в чем-то повезло, Милягу пока не обнаружили и им удастся выйти из места обитания вечно голодных навьих тварей, избежав нежелательного боя.

- Пст! - позвала она его как можно тише, когда оказалась на месте. Богумил сгреб зачем-то вокруг себя каменные крошки и снег. - Пфф, ты там себе, что ли, форт собрался строить? Давай сваливать! Идти можешь?

Ряба увидела, как позади ее друга формируется что-то в другого Богумила.

- Миляга, ты только не паникуй... ну, и если идти не можешь, то летать похоже в состоянии, иначе как бы ты тут целым и невредимым оказался, верно? В общем, лети. Лети сюда. На счет три... - воительница сама заняла положение, из которого удобно было бы сделать рывок, а вот куда - прочь или на врага, зависит от того, повезет ли хотя бы в этот раз ее другу. Конечно, тому, который неповторимый оригинал, а не его жалкая пародия. - Раз... два.. три!

Отредактировано Ряба (26.07.2026 19:05:28)

Подпись автора

Off, off with your head Dance, dance til you're dead

голос персонажа

Снег взметнулся из под их лап, и они сорвались с места быстро, как им не удалось еще в первый раз, в момент, когда все только начиналось с невинной игры. Ряба уводила своего друга в направлении узкого прохода, едва заметного среди неровных стен расщелины, бежала к спасительному проходику с невозмутимым упорством - даже мара, стремящаяся с противоположного конца шрама, клубившаяся, точно черный дым, и обретавшая форму прямо в движении, не заставила воительницу остановиться. Она успела прошмыгнуть в узкий проход, слышала, как за ней поспевает Миляга и даже уже успела про себя порадоваться, что, кажется, их мытарствам пришел конец, но не тут то было.

Громкое эхо грязного ругательства разнеслось по всему ущелью, превратившись вскоре в возглас возмущенного негодования. Ряба, что бежала по узкой тропке вперед и вверх - в место, которое выводило прочь из жуткого ущелья, резко затормозила.

Она обернулась, уже оскалившись и рыча.

- Ты кого волчонком назвал!? Засранец, я старше тебя, я точно знаю, что старше! - проворчав это буквально налету, она в два прыжка переместилась вплотную к своей копии, протиснувшись между стеной и Милягой только благодаря собственным скромным габаритам, и тут же хорошенько прикусила мару за правое плечо, про себя отметив, что шрам навья тварь скопировала весьма похоже.

“Если получу новые шрамы, Дег ведь ругаться не будет?” - уж чего-чего, а повторения ситуации, в которой наставник предполагает, что ей лучше бы поучиться воинскому ремеслу у кого-то другого, ей особенно не хотелось. Пожалуй, подобная перспектива пугала ее больше мары.

- Кусай и отступай, кусай и отступай, как только вывалимся из этого паршивого коридора, рванем в лес. - озвучивала тактику Ряба, попутно пятясь задом и показывая врагу клыки.

Отредактировано Ряба (30.07.2026 19:57:55)

Подпись автора

Off, off with your head Dance, dance til you're dead

голос персонажа

Давно ли Богумил не боится навьих отродий? Почему-то Рябе кажется, что они оба пускай и были озорными да охочими до новых впечатлений подростками, но в то же время оставались безобидными и, в какой-то мере, трусливыми. Может, собственный разум снова с ней играет, обманывает? В конце концов, Миляга держится весьма уверенно, более того - даже весело треплется в процессе раздачи люлей.

“А вдруг, у него тоже были непростые времена, повлиявшие на него достаточно, чтобы он изменился в такую сторону? Он ведь и в стае, вроде, не был, а теперь, кажется, настолько пропитался яробожьим духом, что им же и проникся.”

Из-за того, что воительница призадумалась и отвлеклась, она пропустила болезненный удар от мары, которая не преминула воспользоваться такой удачной возможностью. Правда, в убыток себе тварь дернулась в хватке Ловчей и себя же травмировала, но подобный подход был в характере ее оригинального воплощения, поэтому Ряба довольно осклабилась, разделяя чужое намерение во что бы то ни стало нанести противнику как можно больше ранений:

- Да-а-а, она просто невероятная красотка, ехехе, - входя в раж, согласилась Ловчая с размышлениями друга, - щас по стенке размажем и станет еще краше!

Она ринулась навстречу своей копии, перехватив ту поперек раскрытой пасти - это было бы похоже на очень странный и вместе с тем жестокий поцелуй, где две морды зажимают друг друга в капкане челюстей, только настоящая Ряба еще и подалась вперед, резко, бесстрашно, поворачивая голову и напрягая шею так, чтобы ударить противницу затылком о стену.

Когда мара повалилась на землю мертвой тушей, воительница бросила взгляд на Милягу:
- Потрепала? Ха! Я бы сказала, она меня поимела так же, как мы сейчас эту мару. - несмотря на не самые веселые слова, сказала она их широко улыбаясь и уже не обращая внимания на то, как “плоть” другой ее версии обращается в черный дым. Впрочем, развивать тему не стала: пускай победа и сладка, но противников могло стремительно прибавиться, так что, невзирая на желание поговорить, Ловчая предпочла для начала покинуть ущелье.

Разговор возобновился, когда пара друзей выбралась из Каменного шрама, а перед ними предстал Призрачный лес, и они спокойно двинулись в сторону Кровь-реки.

- Даже и не знаю, с чего начать, - вновь подала голос воительница, возвращаясь к отложенной ранее беседе, - если коротко, я была чем-то вроде корма для черноустов. Сначала для многих, потом, когда появился так называемый хозяин - определенных. Ну и так уж вышло, что большинство рубцов оставлены ими.

Стало вдруг как-то уж совсем тяжело говорить, а продолжать не захотелось. Наверное, в первую очередь потому, что свое полное имя за время плена она успела возненавидеть, а “Бина” - слышала так давно, что как будто данное обращение уже и не часть ее. Что-то доброе, абсолютно нормальное... оставшееся где-то в прошлом. Но, определенно, оказалось приятно услышать это из уст друга. И совсем не хотелось очернять все то светлое, что постепенно восстанавливалось в ее памяти, своей печальной историей.

- Но ухо ободрала и вот этот вот роскошный шрам на правом боку я недавно в схватке с гниляками заработала. Чуть не померла, классная вышла драка! - решила немного отойти от неприятной темы Ловчая и аккуратно попыталась сместить фокус темы разговора на Богумила: - Да и сам-то! Был весь такой сильный и независимый, вроде, таким остался, но к стае все-таки присоединился... Почему?

Отредактировано Ряба (05.08.2026 19:00:06)

Подпись автора

Off, off with your head Dance, dance til you're dead

голос персонажа