Шум да гам разразился по зауюченному логову. От разговоров княгини да "сторожа" из-вне до влетевшей белой бури, оскаленной и вздыбившейся. Серая волчица, нехотя признавать, вздрогнула, обернулась, развернулась да встопорщила перепуганно тёмный загривок. Пошто ж так серчать? И мысли ивовой встали в конфронтацию с самой собой: как же отчего? Так ведь, князь велел, правда, что столпилось аж... и мысли поутихли, быстро обсчитывая присутствующих... да, определённо это ни в какие рамки послушания не лезет. Но стоило ли так воинственно конфликтовать и шуму поднимать чуждый раз? Излишнее внимание привлекать? Нет, нет, нельзя никогда сомневаться в княгине, не честно это перед самой собой, а то и мысли эти приведут к потерю дисциплины, твёрдой, уверенной.
- Саил помогает мне - потеплевший едва влажный нос благодарно уткнулся в плечо Морошки, осторожно так, словно боясь спугнуть ту очень тонкую нить сейчас между ними.
И лишь прождав завершения грубой сцены, Саил подала свой голос, открытый и честный, а через печально опустившийся хвост - сочилось с её вида сожаление: "возможно, нам всё же следует быть сплочённее? У нас есть общая угроза, не опасно ли нагнетать междоусобицами друг друга? При всём моём уважении..." И Саил вздохнула глубже грудью, подняла глаза, в миг позабыв обо всех тревогах от разукрашивающего в тёплые оттенки бурых пятен потолка, от приручённого лапами ведуньи огня. Как хотелось бы, как раньше, лишь мечтать о том, чтобы проявить свою суть и красу упорного труда обучения. Но то лишь было флёром её детских фантазий: о схватке, грубой, жестокой, но со справедливой победой яровоинов и их ведунов, стоявших в защитных позициях и поддающих снаряды для защиты Своих и атаки по вражеским фракциям. Но тут... печаль и ужас, неизведанный жупел, погубивших троих и так быстро и просто. Не дело это... не дело...
Уход Чагравого, кажется, сделал логово чуть тише, но та тишина лишь больше накалялась с каждой историей, накапливающейся здесь в кратчайшие сроки томными взглядами, разговорами, болями. Саил поднялась, кажется, осматриваясь на наличие оставшейся работы, хвост метнулся обратно поворотам головы, а затем, вдруг, выпрямившись и подняв взгляд на Морану, промолвила: Княгиня-матушка, не сочтите за отлынивание от дела благого да поставьте на место, коль не в своё дело полезу иль услышала, чего не следовало. Но можно ли узнать у Вас, о каком ли путешествии в горы вы сказывали? - Саил вдруг немного приободрилась, вдруг осознав всё произошедшее от кратчайшей медитации внутри себя, своих метелей-мыслей, обращаясь к корням-истокам самой себя и уловив потоки информации, точно ветра, раскидистыми плакучими ветвями. Но уж больно обрывки услышанных слов заинтересовали Саюшку, а в животе что-то ухнуло так протяжно, забилось сердце в массивной грудине от ожидания чего-то предстоящего, интересного и, ожидаемо, угрожающе опасного.
- Подпись автора
"На холмах лиловый вереск не укроет меня,
А в синий омут головой я и сама не уйду,
Не возьмёт меня стрела, не удостоюсь огня.
Впрочем, это безразлично - как я не пропаду...
И не свита та петля, чтобы меня удержать,
И серебряная ложка в пулю не отлита,
От крови моей ржавеет сталь любого ножа,
Ни одна меня во гробе не удержит плита!"
