302 год от С.Ч.
13 число месяца Скорбного Плача
Начало игры в локации
Рыбное озеро, обычно полное рыбы, сейчас было сковано льдом. Но даже в зимнюю пору рыбу можно было бы поймать ещë двумя способами: проделав прорубь магией и ей же ловить рыбу, ну или провести весь день на льду, упиваясь горячительным, а после, вернувшись, получить от жены заслуженного леща. Но поимка рыбы в планы Богумила не входила—он просто вышел вместе со своим товарищем Сигурдом к его глади, потому что она просматривалась насквозь. Сигурд был очень крупным, весь в шрамах, а также с одним неработающим глазом. Мощный волк, чего не скажешь о сером. После нападения банды стая стала бдительнее и этот отряд из двух волков как раз был послан для того, чтобы искать разбежавшихся из банды черноустов, коих, по случайному совпадению, тоже было двое. На всю территорию одиночек, среди лесов, скал, гор, рек и полей. И у Озера было решено сделать привал, чтобы дальше продолжить поиски.
Погода была прохладной, следов никаких пока найти не удалось, но зато с собой была береста с начерченными по описаниям пленников портретами разыскиваемых, а в головах была и остальная информация. По крайней мере, должна была быть.
Лапа аккуратно ступила на поверхность льда, пронзив слой снега. В это время лëд очень крепкий и можно не бояться. Миляга это быстро просëк и решил поразвлекаться, разгоняясь, а после прокатываясь по льду, заодно и расчищая его для следующих "покатушек" с весëлыми "Уииии...". Плюхнувшись на лëд во время одной из таких, с позитивом виляя хвостом, и поймав пастью поднявшиеся снежинки, Богумил обратился к товарищу:
—Знаешь, Сигурд, я тут подумал... А чего вообще чернам ходить к озеру?—волк повернул голову— Они же снег топить могут, а показываться на открытой местности вряд ли захотят. Короче, думаю, план нужен, а то мы вообще ни одной живой души не найдëм.—Мил умолк на несколько секунд, чуть помрачнев, но после как будто бы вновь стал позитивнее—Да и, может, к лучшему это, за эти дни эти двое уже раз десять могли повстречаться и объединиться, а мы... Мы-то вообще хотя бы с одним черноустом справимся?—Миляга поднялся, отряхнулся, подбежал к воину и, слушая его реакцию, уселся рядом, выглядя рядом с Сигурдом меньше, чем был на самом деле.
—А вообще, что ты сам думаешь об этом задании? И что бы ты сделал с чернами, когда мы их найдëм?—У Богумила на этот счëт плана не было и это немного сгущало атмосферу.—Честно говоря, я вообще ни разу черноуста не видал, не то что сражался. Одни говорят, что внешне они как волки. Другие — что это чудовища. Сам же считаю, что чудовище может быть в любом, а имеет ли черноречь к этому дело... Не обязательно. Черниг же, если правильно сказки помню, плохим не был, но плохое было в нëм. Просто власть и сила позволили этому проснуться, вырваться на свободу и погубить кучу невинных жизней.
Миляга вопросительно наклонил голову и уставился на гиганта.
- Подпись автора
Если голоден, помни: Всë полезно, что внутрь пролезло.
То правда?Ложь?Открой глаза!
Так лицемерить всем нельзя!
Закон суров, но тó закон,
Что может так быть применëн:
Вот коль позволено то вам,
То и другим всем сторонам.
Нельзя добром звать или злом,
Смотря, к кому произведëн,
Когда и кем поступок сей.
За вас—герой, а так—злодей.
Я кровь чужую не беру,
Не продлеваю жизнь свою,
А кто берëт, скажу всем вам:
Свою я кровь вам не отдам!
| Всюду есть лесть, ложь и профанация,
Что было вам свято — ударит по вам,
Вездесущая манипуляция:
Чем больше ты веришь, тем глубже обман.
Ненависть, жалость, гордость и радость,
Да даже инстинкты используют так,
Чтобы самим вам потом показалось,
Что думали сами, что знали сей факт.
Хочется верить—и ты уже веришь,
Всë больше сетью сей оплетëн.
Знаешь, все знают—не перепроверишь,
И будешь отравой извне поражëн.
Всюду есть лесть, ложь и профанация,
Всë, во что верили, треснет по швам.
Вездесущая манипуляция:
Чем больше ты веришь, тем глубже обман. |
