Начало игры в локации
  302 год от С.Ч.
5 число месяца Скорбного плача

Однажды мне сказали, что мир меня раздавит...Но нет, я пока ещë не лепëшка, а вполне себе округлый волк. И это я продавливаю снег, воду и землю под собой.Выходит, что это я раздавил мир? Нет, пока ещë нет, но уже как следует продавливаю.—думал Богумил, с размашистого удара правой передней лапы отворяя дверь из подсобной норы и направляясь к своей основной. Вообще, с чего бы вполне порядочному волку жить одиночкой в бору? Причина в покое. Здесь тихо, никто не приказывает, не заставляет красить траву соком растений и складывать камушки пирамидками. Хотя, Богумил это делает сам и без приказа. Сегодня у него на обед... ммм, коренья, пахнущие засохшей грязью.И немного засушенного мяса... Ему самому не хотелось думать о его происхождении. Не царский стол для какого-нибудь гордого волка... но Богумил и не был из таких, поэтому для него это был царский стол. Хруст кореньев заполонил расширенное пространство норы, пока Богумил смотрел в окно(да, он сделал окно), надеясь, видимо, на какое-нибудь чудо, потому что только чудо  могло заставить поднять свою задницу и пойти искать приключения. Сделанная из шкур добычи лежанка так манила к себе после обеда, а ещë он вообще не хотел покидать своë болотце без какой-либо причины. И желание приключений здесь было намного менее весомым, чем желание, чтобы весь мир отстал и не мешал наслаждаться этими грязными кореньями, взятыми откуда-то... Откуда—Богумил уже забыл, но надеялся, что найдëт ещë. Ну или сходит на охоту, где тоже можно будет что-нибудь поймать на пожрать. Но это после того, как понежиться на чужих шкурах, мечтая о своей стае, где всë спокойно, неторопливо и естественно, и не думая о том, что рано или поздно его шкура присоединится к тем, на чьих он будет лежать, но только лежать будет уже не он... Хм, с чего вообще такие намëки на такие мысли? Сейчас у Богумила нет повода так думать.Вот он и не думает. Вообще ни о чëм, ложась и зарываясь мордой в  шкурки и слушая звуки бора за окном и прикрытым большим куском коры входом в его нору. Он спит. Лес спит. А вы, вы спите?

Подпись автора

Если голоден, помни: Всë полезно, что внутрь пролезло.

То правда?Ложь?Открой глаза! Так лицемерить всем нельзя! Закон суров, но тó закон, Что может так быть применëн: Вот коль позволено то вам, То и другим всем сторонам. Нельзя добром звать или злом, Смотря, к кому произведëн, Когда и кем поступок сей. За вас—герой, а так—злодей. Я кровь чужую не беру, Не продлеваю жизнь свою, А кто берëт, скажу всем вам: Свою я кровь вам не отдам!

*Здесь будет интересная картинка*

→ Переход из Холодный бор

302 год от С.Ч.
1 число месяца Скорбного плача

Выйдя к своему болотцу, присыпанному снегу, Богумил на пару секунд остановился, чтобы, закрыв глаза от наслаждения долгожданным возвращением домой.
—Дом, милый дом...—пробормотал волк и начал спуск в низину, где была протоптана и более-менее прочищена тропка, ведущая ко входу в основную нору и к подсобной норе всторонке. Миляга, не спеша, периодически оборачиваясь и проверяя, как там Сердолика, подошëл ко входу, закрытому кускум коры. Отодвинув его в сторону, волк обернулся и сказал:
—Вот и моë логово. Будь как дома. За собой закрыть не забудь.—Серый зашëл внутрь и быстро положил несколько шкур на свободное место, создав вторую лежанку, не хуже своей. —Ложись, передохни, я пока постараюсь всë тут устроить—пробормотал он. После Богумил подошëл к крупному камню, являющемуся столиком, и поставил на него одну из своих глиняных посудин, которых он сделал прошлым летом. Не шибко качественно и красиво, но что-нибудь в ней приготовить можно.

После Богумил подошëл к очагу—вырытой полости, где можно было устраивать огонь, а дым весь уходил через отверстие в крыше хижины, прикрытое куском коры в нужном месте, чтобы снег не попадал. Волк пастью положил туда кучку засушенных веток, немного высушенной травы и угли с прошлого разжигания камина, которое было... Давненько. Тогда у него мимоходом гостил ведун, который со всем этим ему и помог—оборудовал место, рассказал, что нужно, а после при нëм разжëг огонь. И Миляга решил повторить его успех.

Богумил сделал глубокий вдох, сосредоточился, собрал все свои внутренние силы и вытянул к дровам лапу, концентрируясь на них. Но ветки продолжили лежать, только засохшая трава колыхалась то ли от ветерка, то ли от дыхания волка.
—Ну же, поджигайся!—пробормотал Миляга таким голосом, будто лопнет от напряжения—Он же ровно так же делал...Давай!—его голос чуть-чуть перешëл в крик, впрочем, веткам на его старания было всë равно и они продолжили всë так же уныло лежать.

—Гори! Поджигайся! Воспламеняйся!—повторял Серый, вкладывая в свой голос всë больше энергии, которая почему-то всë не желала переходить в тепловую в дровах. Богумил медленно опустил лапу и пару секунд пустым взглядом смотрел на ветки и траву. А после разгорелся... Нет, не огонь.

Волк рванул к выемке, где у него была всякая полезная дребедень и хлам, но последнего куда больше.
—То есть, какому-то упырю за то, что его Чернобог пометил, можно огонь так разжигать, а мне нет!?—вскипел Богумил доставая веточки, куски древисины, камни, кости и различные остатки от трапез.—Я тоже хочу так, а если мне не дано, то я возьму это! А тебя, Чернобог, чтоб отодрала целая стая чëрных волков, как и того ведуна, как всех их!—Продолжал Серый, наматывая и натягивая оленьи жилы на ветку, а после начиная когтем вытачивать лунки и желобки на толстом куске коры.—Силой мысли, видите ли, всë могут. Силой мысли! А как быть тем, у кого немного этих ваших мыслей!?—крикнул Серый, обтачивая когтем прямую ветку.—Разве они недостойны!? Разве им суждено навеки всë лапами, да пастью трогать!?—Богумил поставил кусок коры, на него положил сухой травы, поставил прямую ветку, продел еë через конструкцию из изогнутой с помощью оленьей жилы гибкой ветки и самой жилы, сверху пастью придержал камень и начал двигать гибкую ветку, продолжая бормотать сквозь стиснутые зубы:
—Если вам, боженьки, не нужны мы для всяких свершений, то и мне не нужны вы, чтобы получить желаемое!

Флуд #134 Стараемся складывать слова в предложения!
Бросок на точность:14.

Вскоре из сухой травы показался дымок.
—Да...Да!—вскричал волк, начиная раздувать. Относительно тëмная нора осветилась появившимися первыми маленькими язычками пламени. Миляга перенëс огонь в выемку камина, поджëг им сухую траву и вот уже через минуту в норе было светло и тепло от долгожданного огня.Богумил ликовал.

—Да! Вот так! Огонь мой! Чернобог, со...—Богумил осëкся, внезапно вспомнив, что он в норе не один. Он обернулся к Сердолике, сделав виноватую морду и немного заискивающим голосом говоря:

—Эм...Я тут огонь развëл, да... Ну, есть мы будем тëпленькое, хе-хе...—Богумил быстро, чувствуя, что ему немного неловко, отвернулся, взял свою посудину и на минуту вышел, чтобы набить еë снегом. Вернувшись, он поставил корявый "горшочек" над огнëм и начал ждать, пока снег будет растоплен. А после добавил туда две тушки крыс, чуть-чуть сушëного мяса, корешков, грибов и всякой сушëной травы, придающей запаха. Когда вода почти вся выпарилась, Богумил аккуратно, используя ветку-рогатину, удерживаемую в пасти, достал посудину и поставил на свой "стол". Через минуту рагу уже было в двух мисках и аппетитно пускало пар, также на камне красовались две склянки с медовухой. Богумил, усевшись на своë место за столом, чувствуя, как тепло от камина и от отдыха разливается по телу, решил всë же прервать начатое из-за своей неловкости молчание:

—Ну...Приятного аппетита. Угощайся. Заодно можешь рассказать о себе, о своих целях, о том, какие у тебя дальнейшие планы. Может, могу совет какой дать. Ну или помочь в подготовке. Во всяком случае, после сегодняшнего провала... Лучше будет передохнуть и восстановиться здесь хотя бы до завтра.

Отредактировано Богумил (17.06.2026 21:26:24)

Подпись автора

Если голоден, помни: Всë полезно, что внутрь пролезло.

То правда?Ложь?Открой глаза! Так лицемерить всем нельзя! Закон суров, но тó закон, Что может так быть применëн: Вот коль позволено то вам, То и другим всем сторонам. Нельзя добром звать или злом, Смотря, к кому произведëн, Когда и кем поступок сей. За вас—герой, а так—злодей. Я кровь чужую не беру, Не продлеваю жизнь свою, А кто берëт, скажу всем вам: Свою я кровь вам не отдам!

*Здесь будет интересная картинка*

Покой... Умиротворение... Всë снова хорошо, даже после грандиозного провала... Богумил расслабился, неторопливо поедая свою порцию.
—Не, я не какой-то там гений, просто очень настойчивый.  А горшочек я сделал сам. Точнее, по советам другого, но сам. Думаю, у каких-нибудь там колдунов всë подобное тоже есть, но более аккуратное, красивое... —Волк пожал плечами. Он осознавал, что голыми лапами что-нибудь идеальное из глины не вылепить, как, впрочем, и что-нибудь другое сделать, поэтому на результат смотрел с отношением "И так пойдëт, лучше не будет".
—Думаешь, я каждый день такое ем? Нет. Очень редко, обычно как раз мясом и питаюсь. Но нынче что-то с мясом облом, вот и разбавляю тем, что есть. Но, думаю, так даже лучше, чем одним приевшимся вкусом всю жизнь наслаждаться.—Миляга хмыкнул. Нет худа без добра.

Богумил отпил немного из своей склянки с медовухой, а после, на секунду сморщив морду от терпкости, сказал:
—Я тут живу, один. С другими... максимум пересекаюсь. Но знаю, что стаи существуют. Есть Яробожьи, есть какие-то ночные Чернобожьи, Сумеречники, во. А есть на болотах всякая нечисть. Слышал про какой-то там Багровый альянс, который всех берëт и который ничего так.—Волк усмехнулся и продолжил.—Каждый богов о помощи просит, когда думает, что не сможет это сделать сам. Но волки часто же ошибаются, считают себя слабыми, маленькими, не способными ничего изменить. А боги... Если им до Чернолесья и есть дело, то точно не до тех, кто не может взять себя в лапы и найти на желаемое в себе силы, которые наверняка есть. Но пока я не вижу от них никакого вмешательства, кроме разве что ставок на то, кто сдохнет первым. Может, просто интересно им смотреть, как мы тут друг другу глотки рвëм, страдаем, трудности преодолеваем?—Богумил отпил ещë медовухи и замолчал. О чëм он думал? Об ответственности? О нарушении привычного образа жизни? О шансе, который может и не выпасть. Серый вздохнул и разорвал молчание:
—Не думаю, что я куда-то с тобой пойду. Просто... Понимаешь, я не тот, кто тебе нужен. Ты... Ты показала, что лучше меня. В той же охоте ты сражалась отлично, это я всë завалил. Я буду тебе только мешать. Я ни воин, ни дипломат, ни даже лекарь. Можешь пойти на Запад, там как раз все эти вот стаи есть. Найдëшь себе по вкусу. А я останусь. Ждать своего часа. Ну и надеяться, что ты в своих странствиях будешь поуспешнее, чем я когда-то... Ну не когда-то, а чуть больше года назад, но не суть. Я сформировался, обжился, нашëл своë место. Ты же пока только ищешь своë. Ищи же там, где тебе будет, куда расти.Там будут наставники, друзья, вообще все-все. А я тут разве что накормить и обогреть, ну и всë.—Волк допил медовуху, некоторое время, не шевелясь, пустым взглядом смотрел на склянку, а после продолжил:
—Основать стаю... Это же нужно выйти в свет, конкурировать со всеми... Нести ответственность... А я даже с оленем поконкурировать не смог. К тому же, если создашь стаю, для всяких уродов станешь приятной мишенью для угроз, нападений и шантажа. Я к этому пока не готов и буду таким незаметным отшельником.  Вступать же... Иногда думал, но считаю, что пока не время.
Влюблëн... Нет, не было дела. А драться... Ну мы ведь только что дрались. А так нечасто приходится. Любимый же цвет... Это рыжий. Цвет рассвета и заката. Начала и конца. Ну и ещë, этого цвета нет там, где боль и смерть. Разве что листья опадающие могут быть рыжими, но то листья, а дерево продолжает жить.—Миляга усмехнулся, а после прилëг на лежанку и пробормотал:
—Ладно, я спать. Ты тоже доедай, пей, если хочешь, а после поспи. Завтра можешь отправляться, я провожу. Ну и дам гостинцев на дорогу, вдруг пригодятся.А сейчас... Сейчас нужно восстановиться крепким здоровым сном. Но, если хочешь, можем ещë поговорить перед тем, как заснуть.

Отредактировано Богумил (18.06.2026 08:32:54)

Подпись автора

Если голоден, помни: Всë полезно, что внутрь пролезло.

То правда?Ложь?Открой глаза! Так лицемерить всем нельзя! Закон суров, но тó закон, Что может так быть применëн: Вот коль позволено то вам, То и другим всем сторонам. Нельзя добром звать или злом, Смотря, к кому произведëн, Когда и кем поступок сей. За вас—герой, а так—злодей. Я кровь чужую не беру, Не продлеваю жизнь свою, А кто берëт, скажу всем вам: Свою я кровь вам не отдам!

*Здесь будет интересная картинка*

Утро. Солнце уже через проделанное наружу окно освещало нору. Богумил не спал. Он разложил оставшуюся часть вчерашней еды, тëплую, так как посудина была закрыта и помещена в камин, по мискам. На каменном столе лежал сделанный из тонкой заячьей шкурки свëрток, который можно было повесить себе на шею. Туда он поместил одну из своих больших склянок с зельем, несколько полосок засушенного когда-то мяса и склянку с медовухой.
Волк сидел за столом, а когда заметил, что волчица просыпается, сказал:

—Сердолика... Я вот всë думал над твоими словами... Конечно, самое важное, чтобы друг был преданным. Но преданность — это не всегда означает тащиться вместе куда угодно. Понимаешь, если бы чуть-чуть ещë сильнее не повезло, то... Вчера бы кто-то из нас не выжил. Ну или мы оба не выжили. Я буду тебе обузой, а тебе одной будет прокормиться куда проще, так как за пределами этого леска я даже в принципе и не соорентируюсь. Я не хочу стать причиной того, что ты получишь травму или погибнешь. Но это не значит, что мы не будем друзьями. Ты знаешь, где меня найти. Если станет худо—можешь спокойно приходить сюда, я помогу. Передать друг другу весточки мы тоже сможем. Возможно, мы просто не до конца понимаем друг друга...

Миляга вздохнул, явно сосредотачиваясь и набираясь сил.

Расскажи, что ты искала, как ты оказалась здесь и почему ты... Как будто бы воюешь со всеми?

Отредактировано Богумил (19.06.2026 08:49:49)

Подпись автора

Если голоден, помни: Всë полезно, что внутрь пролезло.

То правда?Ложь?Открой глаза! Так лицемерить всем нельзя! Закон суров, но тó закон, Что может так быть применëн: Вот коль позволено то вам, То и другим всем сторонам. Нельзя добром звать или злом, Смотря, к кому произведëн, Когда и кем поступок сей. За вас—герой, а так—злодей. Я кровь чужую не беру, Не продлеваю жизнь свою, А кто берëт, скажу всем вам: Свою я кровь вам не отдам!

*Здесь будет интересная картинка*

Конечно, можешь приходить когда угодно. Но если что-то поменяется, то я обязательно оставлю знак на этом же столе. То есть, если уйду на охоту или же переберусь жить куда-нибудь в другое место, то здесь будет знак "ушëл вот  туда-то, вернусь примерно во столько, или же искать вот там"...—Богумил попытался улыбнуться.

—Мы друзья, Сердолика, а друзьям всегда рады. Кстати, твой запах я запомнил. И не только потому что собрал немного твоей шерсти и положил во флакончик, ха. Воспоминания бесценны и не хотелось бы их потерять из-за какого-то там дурацкого времени.

На последующие слова Сердолики Миляга ответил не сразу. Солнце уже освещало нору через окно, но так как было зимним, то почти не грело.

—С самого рождения мы все беспомощны и бестолковы.—начал Серый не спеша—Вряд ли бы тогда ты могла сражаться, защищать и служить. Как, впрочем, вряд ли бы кто вообще мог. Такова жизнь. Да, тебе дали задачу и учили для всего этого во благо кого-то. Можно сказать, ты должна была стать отличным воином, служащим конкретному волку. Тебе дали цель, но, когда ты стала готова еë выполнять по полной, жизнь распределилась так, что этой цели не стало. Я не говорю, что старая цель была плоха, нет. Большинство волков так или иначе служат кому-либо или чему-либо. Волки служат коллективу там, где всë решается вместе. Служат идее там, где эта идея сильна и направляет его или всю стаю. Служат персоналиям там, где этот конкретный волк или волчица обладают нужной властью, харизмой... Ну и ответственностью. Но из всех трëх путей последний плох как раз тем, что в случае потери персоналии никто не будет знать, за что сражается, борется, кому служит. Поэтому обычно в таких стаях ещë есть и идея, за которую могут держаться волки, чтобы не рассыпаться при жëсткой для них смене власти из-за гибели главного. Но идея—это идеалы. А идеалы взять из воздуха и самим их не соблюдать нельзя. Поэтому часто подобные стаи практикуют внушение того, что кругом враг, опасность, что всех уничтожат, если, например, не объединиться в каких-либо ритуалах, не поддержать какое-либо решение или же не удастся отобрать какой-нибудь сочный кусок земли с добычей у соседней стаи для будущего всей стаи собственной. Ради такой защиты, даже когда еë нет, сплачиваться готовы.—Богумил на пару секунд остановился, осматривая волчицу, но после отвëл взгляд—Только вот ты, по-видимому, служила одна одной волчице. И поэтому сплачивалась сама с собой. Из-за этого характер у тебя будь здоров, но после потери своего лидера ты осталась одна, и без цели, и без коллектива...

Волк съел свою порцию, успевшую подостыть, а после продолжил:
—Да, тебе дали цель, которую невозможно теперь реализовать. Но это не значит, что ты потеряна. Всегда можно найти новую цель. И нет, это не просто. Нельзя просто так захотеть найти цель и реально еë найти. Ты сама поймëшь, когда это случится. Например, увидишь раненного волка и что-то в тебе захочет помогать таким. Или встретишь заблудившегося волчонка и поймëшь, что хочешь обучать и воспитывать таких. Или увидишь какую-нибудь угрозу всему Чернолесью и тебе захочется объединиться с остальными, чтобы противостоять ей. Ну или найдëшь коллектив, где тебя примут такой, какая ты есть. И уже ради дружбы ты будешь способна перевернуть горы. Это твоя жизнь. И только от тебя зависит, сможешь ли ты дать себе новое дыхание вопреки жестокой природе, лишившей тебя цели жизни, или же сдашься на еë милость.

Волк пододвинул мешочек к краю стола, смотря в пустоту в одну точку. Затем он сглотнул и пробормотал:
—В мешочке я собрал вещи для тебя, на дорогу, вдруг что будет. И не забывай приходить по чаще, если у тебя будет такая возможность. И...тебя проводить докуда-то?

Отредактировано Богумил (21.06.2026 08:53:10)

Подпись автора

Если голоден, помни: Всë полезно, что внутрь пролезло.

То правда?Ложь?Открой глаза! Так лицемерить всем нельзя! Закон суров, но тó закон, Что может так быть применëн: Вот коль позволено то вам, То и другим всем сторонам. Нельзя добром звать или злом, Смотря, к кому произведëн, Когда и кем поступок сей. За вас—герой, а так—злодей. Я кровь чужую не беру, Не продлеваю жизнь свою, А кто берëт, скажу всем вам: Свою я кровь вам не отдам!

*Здесь будет интересная картинка*