Больше десятилетия пройдено, а началось оно когда-то в стае ведунов и колдунов, в Северной стае. Его считали талантливым, сильным, красивым — но от чего-то казалось некогда Ручейку, что то мелочи, что того недостаточно. Всё померкнет, всё исчезнет, и «могущественные Боги» — просто лживые твари, жадные и алчные, требующие поклонения и послушания, в то время как они живут вечно, а их игрушки, их маленькие и никчемные сосуды, питающие жизненные силы Богов — неминуемо передохнут в угоду сильных. И чем дальше заходил он в искусстве ведовства, тем больше убеждался в своих же мыслях, тем больше противился, злился, мечтал проучить тех, от кого несло удобной ложью. На фоне подобных умозаключений, сделка с Черноустами казалось более выигрышной, правильной, честной — жестокой, однако весьма откровенной, и потому прекрасной в своем кровавом обмене без прикрас. Всего-то нужно было привести Древним по заключенному договору самку беременную, или волчат. И те, кто выживут, будут одарены сполна.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] Увы, план сорвался. Волчица ли, с которой он «заводил семью», догадалась, или же её близкие прознали, или просто излишне любопытные уши — в стае о его планах стало известно, и всё пустилось медведю под хвост. «Бежать» — всё, что оставалось ведуну тогда. Бежать прочь, проклиная безмозглых, слепых последователей Божьего рода, верящих в прогресс и силу, но боящихся прыгнуть выше. Цикута оставил свою пару и нерожденных детей. Любил ли он волчицу? Хотел ли сам этих детей, без ранее заключенной сделки с Древними? Некому спросить, так что некому и отвечать. «Выжить» — главное, что было тогда необходимо волку, и он преуспел. Да, пришлось начинать заново, уже будучи одиночкой — но Цикута ни тогда, ни сейчас не является тем, кто так просто отступает от своих планов и целей.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] Черноусты, Древние — те, если и знали о его провале, то забыли о Цикуте, скорее всего, но сам волк даже не помышлял забросить выполнение договора. Несколько попыток были неудачными, снова — то одиночка была при семье, что, конечно, не позволяла так просто увести самку невесть куда и зачем. То просто смекали, что нечистое дело грядет. Кажется, пару таких волчиц он и упустил — соблазнить самок было несложно, впечатлить — тем более, а вот дальше... С некоторыми даже драться приходилось - но, обычно, волк уходил раньше, чем вступал в серьезный конфликт. Ему нужно было оставаться неузнанным, на всякий случай, а еще выживать в одиночку. Но Цикута всегда был упертым, и в итоге добился расположения сразу аж двух сестер. Осторожно, обрабатывая, завлекая, увел волчиц на Топи и довел свой контракт, позабытый, но не закинутый, до конца. Даже с лихвой. И с тех пор стал Черноустом.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] Одну из волчиц, уже после того, как та разродилась, в итоге убили. Дуреха, по её же глупости — возомнила себя бессмертной, слишком наглела перед и без того голодными поводырями мертвых, пусть и пытаясь защитить себя и сестру (потомству ничего не угрожало - пока что). Цикуте, взявшему новое имя — Змий — же повезло больше: он был на неплохом счету у Древних за проделанные свои дела. И вторую самку — то ли для своей выгоды, то ли из жалости, то ли от искренних чувств, — он в итоге взял в свои личные питомцы, взял под свою защиту, сделав личным кормом, но в то же время уберегая от жадных взглядов прочих Младших. Зачем? Было ли ему жаль первую волчицу, что так глупо умерла? Некому спросить, некому ответить, или же некому поверить в слова скользкого Змия.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] К сожалению, дети, которые выжили, которым он подарил прекрасное место среди элиты бессмертных, его трудов не оценили, науськанные в том числе некоторыми Древними. А когда неблагодарные щенки стали бы продвигаться выше по иерархии, куда Змею — какая нелепость — заказан был путь, стали бы вновь освобождаться места в чадах Древних. Решив учесть «просчет» с неблагодарными потомками, решив задействовать свои связи и умения, Черноуст снова вышел на охоту, но в этот раз намереваясь найти следующее поколение — внучат от тех самочек, что когда-то «наивно смогли» сбежать. И снова он преуспел, снова доказав свою пользу для правящих непосредственно, приведя домой волчонка. Его он намеревался посещать чаще, влиять больше, общаться теснее — изменить своё нынешнее положение. К сожалению, напарник, с которым ходил Змий, всё запорол, убив мать внука, и создав крайне неблагодатную почву для теплых отношений. Пусть Змий и пытался. И словно в дополнении этим событиям, один из сыновей вообще удрал неведомо куда и неизвестно, живой ли по сей день.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] Внутри клана тоже то и дело творились странные вещи. То какие-то "щенки" лезли выяснять отношения, то странные шепотки слышались - и не только от вездесущих сорок. С одним Коршуном Змий даже пару раз закусился - в первый раз того спасла более опытная самка, умилоствив Змия не трогать глупого юнца. Второй раз Черноуст был не столь благосклонен, так что в той схватке на Пастбище заставил изощренным способом убить Коршуна ту, ради которой он - видимо - и пришел на болота. А вот нацепить колокольчик не успел из-за явившейся спасительницы. Еще и патрульные раззявили свои рты, не пустившись в погоню когда было велено. Весело жилось, в общем, забавно - разбираться потом с этим всем тоже.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] Когда в клане назрел мятеж, якобы из-за его многочисленных потомков, Змий был готов гоготать во всё горло над ироничностью ситуации (хоть бы один потомок был к нему благосклонен больше, чем к обычному Черноусту) и слепой жаждой власти Матриарха. Да и знал он про её амбиции, немного - со времен одиночки еще и стайных ошибок выучился шпионить и распускать сети-ловушки для слухов. Кое-как наскреб информацию да пошел к Патриарху - жаль немного запоздал, потому что Марево успели попытаться убить. Не смогли, очевидно, но и найти сына, которому была уготовлена должность Брата, не смогли, в том числе Змий. А вот мятеж легко задушили, заготовив ловушку. Так что Ядозуб получил местечко посимпатичнее, став Жнецом Зависти. И место, и возможности ему пришлись по вкусу, даже если рядом горела ненавистью его дочь. Он всегда видел в неё отражение матери той, и отчасти понимал - порывистый и огненный нрав сгубит волчицу, не умеющую прислушиваться в советам со стороны, легко злясь. И от того темного еще больше вывело из себя, когда из всех волков она взяла в приближенные липкого прихвостня.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] События с революцией, которую затеял его внук, прошли уже не так гладко. Вновь услышав шепотки и решив перестраховаться, Черноуст заготовил безопасное место, но по просьбе Питомицы всё же вернулся внутрь болот и вывел часть Клана и Шайки в горы, заодно убедившись - предчувствия его не обманули. Попутно именно он приказал своим попутчикам захватить Скот и жестоко расправиться с оставшимися, кто не осилит переход в горы. Акт подобного насилия был сугубо стратегическим - и, быть может, чуть-чуть личным. Змий никогда не любил Яробожьих с их слепой верой в богов и справедливость - еще хуже Сумеречников, а те были куда серее в плане морали.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] Уже в горах, встретившись с побитым отрядам дочери, Змий поругался с той, и только наличие лояльных волков на его стороне, наверное, и предотвратила схватку. Биться остатками клана и Коршунов друг с другом было глупо, а лично - волк бы не допустил, чтобы это вообще произошло. И после, пожалуй, первой беседы по душам с Рагной, он в очередной раз убедился, что Древние хорошо постарались с промывкой мозгов. Впрочем, им было положено по статусу. А вот то, что дочь переиначила в его отсутствие клан, объявив себя единственным вожаком, а в помощники взяла своего склизкого и слащавого белого подручного - Змия уже взбесило не на шутку. Мало того, он еще и сам оказался где-то в истоках своего прихода в Черноусты, когда смог в скором времени стать Присным Древнего и выжить. И то лишь потому, что спускать ниже его было опасно - не после того, что он сделал, спасая разбойников и отрекшихся.[***NEWLINE***][***NEWLINE***] Однако Змий не был бы Змием, если бы так легко смерялся с происками судьбы или нарочными подлянками окружающих. Тем более, что он недавно обнаружил сына, на которого делали покушение, и быстро сообразил, как следует разыграть следующую партию.